Путь славы и скорби

Мы теперь будем назвать вас, не иначе как… Князь Игорь!!!..

Глава 1. Новая жизнь

– Долго я еще буду в таком состоянии, профессор?

Изуродованное ранением, тело Джона, а точнее то, что от него осталось, лежало в небольшой белоснежной каменной ванне, почти до верху заполненной мутной, вязкой жидкостью. Над ее поверхностью выглядывало лишь молодое юношеское лицо, с огромной рваной раной на всю левую половину, следствием которой стал отсутствующий на месте левый глаз. Правый глаз был открыт, но смотрел строго в одну точку, не сдвигая зрачок ни на миллиметр.

За исключением рваной раны, вся остальная кожа была гладкой и выглядела здоровой, только очень бледной. Посиневшие губы с трудом шевелились, позволяя своему хозяину говорить.

– Нам абсолютно некуда торопиться, сынок, – уверенно, но с оттенком усталости в голосе, ответил профессор Лоббитс. Вся его одежда, да и лицо, были испачканы, от чего он выглядел очень неопрятно и смотрелся совсем неуместно на фоне белоснежной, стерильной медицинской лаборатории.

Но вся эта лаборатория была его детищем, созданным им единолично в одном из помещений корабля. Собственно, и сам Джон, в том виде, каком он сейчас существовал, был детищем Лоббитса. Нет, профессор не спас жизнь своему протеже – он дал, вернее создал ему новую жизнь. Жизнь с новым телом, с новыми способностями, с новыми возможностями.

Уже больше шести месяцев профессор возился с Джоном, приводя его новое тело в жизнеспособное состояние. Он как будто вынашивал плод, готовясь к появлению ребенка на свет.

Именно так он и относился к своему главному делу последних месяцев.

– … Абсолютно некуда спешить, – продолжил он бубнить себе под нос. – Изначально природой задумано, что женщина вынашивает ребенка девять месяцев. Я, конечно, могу попытаться использовать те сроки родов, которые были приняты на Коридоре, но лучше не рисковать. У тебя хорошая, стабильная динамика – все твои органы развиваются и уже почти работают самостоятельно.

Да, у длительного процесса есть свои недостатки – чем больше ты тут лежишь, тем потом дольше тебе придется учиться шевелить своими… ээээ… конечностями, но уж пусть лучше так, чем получим отказ какого-либо органа и начинать все сначала.

– Да мне бы уже хоть чем-нибудь пошевелить… хоть что-нибудь сделать. Я устал лежать, устал думать, устал вспоминать… Почему вы не хотите поместить меня в креосон?

– Джон, прекрати. Мы это уже неоднократно обсуждали.