Путь славы и скорби

Отвлекаться на нее, чтобы добить, не было смысла – сразу три штыка бравого деда и внуков одновременно пронзили ее в брюхо. Оглядевшись, капитан понял, что бой кипит во всю. Все его войско добралось до противника и вступило в схватку. Кое-где враг не успел среагировать и был повержен, но где-то атаки оказались отбиты и умирающие люди лежали в собственной крови.

Но помогать раненым не было времени, поэтому он преступил через девушку с пронзенным плечом, лишь украдкой глянув на нее, и устремился дальше в бой. Рядом с ним оказался Корнелюк, завладевший трофейным трезубцем.

Они вдвоем быстро убили еще одну паукообразную тварь, ранившую и пытающуюся добить одного из их бойцов. Потом вступили в сражение с какими-то низкорослыми и верткими тварями, одна из которых ранила Корнелюка в руку. Потом были еще сражения: и в одиночку, и в сопровождении своих бойцов. Кому-то из своих капитан спасал жизнь, кто-то помогал ему, кого-то спасти не успевали. То тут, то там стали появляться сражающиеся в общей массе безопасники, но некоторые из них, вырвавшись из кольца, убегали куда глаза глядят.

Сражение длилось не долго, но казалось, что оно идет целую вечность. Поначалу казавшаяся легкой, дубина начинала становится неподъемной, усталость стремительно наваливалась на капитана, а его сторонники один за другим падали от ударов врага, но и жизни свои они не отдавали за бесценок. Оценивая мимолетом поле боя, капитан понимал, что он и его люди, с поддержкой загнанных в угол безопасников, побеждают или, как минимум, схватка идет на равных, с большими потерями для всех сторон.

Удар, уклонение, удар, уклонение – как некое спортивное упражнение или танец продолжал он свой бой, пока его дубина со звоном не обрушилась на огромный меч высоченного кентавра в серой ячеистой броне и длинным шлемом на голове. Дубину враг играючи остановил своим мечом, но не учел, что его, охваченный азартом сражения, противник просто не мог остановиться. Выпустив свое оружие из рук, капитан подпрыгнул так высоко, как мог, и впечатал свой ботинок в лицо сопернику.

К этому моменту он был уже почти обессилен, и прыжок с ударом получился так себе. Враг даже нисколько не отклонился, но каким-то волшебным образом вокруг все изменилось. Вместо того, чтобы атаковать и добить безоружного противника, кентавр уставился на него удивленным взглядом и вдруг что-то просвистел. Твари все, как по команде, перестали атаковать. Люди тоже замерли, недоуменно уставившись на противников.