Ртуть

Большая часть слухов, которая ходит обо мне – правда. Мне хватило бы двух звонков, чтобы сравнять с землей тебя, твою семью и твой дом. Но я этого не сделал и теперь я за тебя отвечаю, а ты мне должна.

– Я не просила меня спасать. У меня все хорошо.

– Ты всегда такая сука или только со мной? – Швец усмехнулся и вернулся к ящичкам. Молча он достал кастрюлю, несколько тарелок, нож и разделочную доску.

Лора заерзала на стуле. Холодок пробежал по спине. Она резко поняла, что совершенно ничего не знает о Джоне Швецском.

Она не знает, с кем она поехала и куда. Она не знает, зачем тот странный мужчина согласился ей помочь и что он хочет взамен. Успев подслушать разговор в приемной она знала – секса от нее не ждут, и это уже радует. Но что тогда ему нужно? Лора мельком видела только коридор и кухню, но дом явно не походил на заброшенный – слишком чисто. Зачем здесь убираться посторонней?

Ее мысли прервал неприятный резкий писк – у Швеца звонил телефон. Дорогой, с цветным экраном – не каждый мог себе позволить даже простой мобильный, а у него уже были новые функции вроде выбора звонка или простых игр.

– Я занят, – коротко ответил Джон, но не положил трубку. Ему что-то проговорили, прежде чем он повторил. – Я занят. Да, той девчонкой. Нет, я не приведу ее в дом. Нет, это не очередная шлюха. Я перезвоню.

Лора не стала спрашивать, кто звонил, несмотря на то, что очень хотелось. Сейчас ее больше беспокоила возвращающаяся боль в спине. Она сгорбилась и тихо выругалась.

Швец повернулся к ней, как будто ничего не услышал.

– Слушай, ты умеешь готовить?

– Сомнительно, – усмехнулась Лора, не желая признаваться, что последние лет пять она была единственным человеком в семье, кто мог сделать что-то съедобное. Мать, как спятила, делала что-то невообразимое из продуктов – запекала овощи в кожуре и нарезала горелое в салат; добавляла в тесто столько масла, что получались твердые куски жира вместо блинчиков; варила тухлую рыбу, от которой Лору рвало по несколько часов на чердаке.

– Короче, у меня есть некоторые семейные дела. Я оставлю тебя здесь. Белоухий придет к ночи. В твоей комнате уже стоит телевизор и полка с книгами, найдешь, чем себя занять.

– То есть ты меня оставляешь? Ты не боишься, что я что-нибудь украду и сбегу? – фыркнула девушка. Находиться в чужом доме в одиночестве не хотелось.

– С твоими травмами ты далеко не убежишь и точно много не унесешь.