Седло (в)

О ком речь?

– Болконский и тополь, – Бликов опередил Подгорного.

– Какой тополь, дуб, – Егор Петрович внутренне порадовался маленькому торжеству Подгорного над Бликовым.

– Отлично. Не все потеряно. Кстати, напомню, что в литературе этот прием называется психологическим параллелизмом. А вы видите разницу между толстовской сценой и описанием у Андреева?

– Нет, – снова Бликов.

– Конечно, есть разница. У Толстого это как-то естественно, реалистично, а здесь, как я уже сказал, какая-то сказочность, неестественность, да и герои какие-то странные, – Подгорный включился на полную.

– А в чем их странность?

– Ну, они какие-то искусственные, как бы без характеров, и диалоги какие-то пафосные, – наращивал Подгорный.

– Кстати, о чем диалог?

– О любви, – Шерстнева.

– А именно? Посмотрите.

– Ну о том, что они готовы помереть за любовь, – Бликов со скучающим видом после паузы.

– А есть ли какие-то странные детали в описании героини во второй части рассказа, ведь речь идет о молодой девушке.

– Кроваво-красные губы, – Подгорный после паузы.

– Скажите, это описание, противоречивые детали – упущение писателя или сознательный художественный прием?

– Упущение, – Бликов.

– Сергей, конечно, к творчеству Андреева относились неоднозначно, и тот же Лев Толстой его не любил, – решил не игнорировать Седлов.

– И правильно не любил, хрень какая-то для детей, – перебил в излюбленном стиле Бликов.

– Но я не договорил, – Седлов добавил металла в голос, – после опубликования «Бездна» произвела шокирующее воздействие на публику, и нам важно понять почему.

– Мне не важно.

– Не важно – не участвуй, но ты же не зря читал, и давай будем судить уже по итогу, – Седлов начал закипать, но понимал, что так можно сварить урок, и он все же отдавал должное периодической точности читающего Бликова.

– Можете ли вы согласиться с тем, что Андреев здесь намеренно пародирует некоторые романтические, лирические литературные мотивы, сюжеты, в которых описывались чувства героев, любовь?

– Да, – Подгорный одновременно с Шерстневой.

– Кстати, намеки в тексте произведения на героев, сюжетные линии других произведений называются аллюзией. Давайте запишем определение.