Чёртов интернат. Когда дети читают сказки взрослым. Страшные сказки

 – Мужчина хохотнул и отвесил поклон, пропуская нас на территорию вслед за трактором. – Проходите, барышни. Чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что в гостях.

Когда прелюдия закончилась, Ира достала из необъятной сумки несколько полулитровых банок с едой, две пачки «Космоса» и термос:

– Смотри не ужрись до чёртиков, Нахал Петрович!

Что-то мне подсказывало, что в термосе был далеко не чай, и Петрович, оскалившись стройным рядом золотых коронок, подтвердил мои догадки.

– Подожди-ка, а хлеб? – недосчитался гостинцев сторож.

– Нету хлеба. Так пожуёшь.

– Как нет? Я ж видел у тебя в сумке буханку.

– Всё-то ты видишь, Петрович, когда тебе надо. А когда другим – слеп как крот. Детям это, детям, – рассердилась повариха и, когда старик потянулся к сумке, шлёпнула его по костлявым пальцам.

– Ребятам чёрного хлеба не привозят, – поддержала я повариху.

Сейчас Петрович затянет волынку про государство, которое обеспечивает приблуд, а те на шею садятся. Причём на его – честного трудяги – шею.

От запойной проповеди нас спасли Чарли и Честер. Два пёсьих брата – рыжий и чёрный «двортерьеры» – наперегонки неслись к нам по аллее. Видимо, заслышали аппетитное шуршание пакетов с едой. Затормозив у наших ног, собаки затеяли перебранку. Истошно лая и скаля зубы, каждый норовил отогнать соперника от Геннадьевны, чтобы первому заполучить вкусняшки. Когда Честер попятился от наступающего Чарли к Петровичу, тот ударил его поперёк спины тростью.

– Ты идиот?! – взвизгнула повариха одновременно с побитым псом.

– Все лучшее детям, мля, – Петрович харкнул под ноги, – и собакам.

Чарли обнюхал скулящего брата и пихнул его в бок носом, словно спрашивая: «Эй, ну ты чего? Сильно болит?» В ответ Честер лизнул Чарли в морду и примостился у ног Геннадьевны.

– Кто хорошие мальчики? – Пальцы-сосиски поварихи нырнули в бездонную сумку и вытянули пакет с косточками.

Четвероногие дружно гавкнули, не сводя преданных взглядов с угощения.

Мы с Ирой рассмеялись. Петрович же недовольно крякнул, подтянул армейский ремень с бронзовой звездой и, ещё раз харкнув в снег, поковылял к сторожке.

Глава 2

Какая сила раскидала по аллее эти огромные камни? Даже отшумевшая метель, сколько ни старалась, не смогла засыпать их снегом. Будто внутри валунов бились горячие сердца, не позволявшие им остыть даже в самые лютые морозы.

– Ты ведь знаешь, как дети их называют? – голос поварихи выдернул меня из раздумий.

«Чёртовы пальцы».