Отдаться ректору или умереть

За портьерой оказалась дверь, а на двери, отвечая жесту магистра, засияли огненные знаки. Магия…

Внутри царила кромешная тьма. Но через мгновение зрение то ли перестроилось, то ли что-то произошло: я увидела мерцающие светлячки на длинных тонких лучинах и выписанные золотым линии на полу.

Магистр прошёл вглубь. Дверь за моей спиной захлопнулась сама по себе, заставив меня вздрогнуть. Невольно по обнажённой под халатом коже побежали ледяные мурашки.

– Снимайте халат и становитесь в середину.

Вот сюда.

– З-зачем? – пискнула я беспомощно.

Опять раздеваться?! Я только-только успела сжиться с этим халатом, можно сказать, он стал моей второй кожей – нет-нет-нет, не могу.

Я мяла пальцами теплый мохнатый ворот и никак не решалась выполнить недвусмысленный приказ.

Магистр обернулся. Красноречиво вздернул бровь. Пробуравил взглядом мое несчастное лицо… и, кажется, немного смягчился. По крайней мере, следующая его фраза прозвучала как объяснение:

– Я не могу отправить вас назад в своем халате.

Нет, мне не жалко, но вы должны уходить в том же виде, в котором пришли. А пришли вы, смею напомнить, в своём первозданном облике.

Душная волна залила лицо. Он так выделил насмешливой интонацией последние слова, что мне ярко представилось, как он рассматривает мой «первозданный облик» и сокрушенно покачивает головой, как преподаватель на экзамене, готовый поставить за это не больше тройки.

Но делать было нечего. Немеющими пальцами развязала халат, стянула с плеч и замерла в нерешительности, не зная, куда его деть.

Куда девать собственные глаза, я тоже не знала и потупилась, чувствуя, как полыхает лицо. Спокойно, Вика, представь, что ты на приёме у терапевта. Там ведь тоже надо раздеваться, и это ничего такого не значит.

Только я ещё никогда не была на приёме у мужчины-терапевта!

– Дайте мне, – сказал магистр и протянул руку.

Его горячие пальцы скользнули по моим. От неожиданности я вздрогнула и пошатнулась, но все же послушно отдала халат. Он тотчас же исчез, а магистр снова появился из темноты и протянул мне кубок.

– Вы слишком слабы. По-хорошему с ритуалом нужно было подождать несколько дней, но у нас нет этих нескольких дней. Пейте, – приказал он. – Это поддержит ваши силы.

Краем сознания я еще отмечала, что это совершеннейшее безумие – пить какую-то неизвестную и подозрительную гадость, которую предлагает незнакомый и подозрительный мужчина. Но у меня даже мысли не возникло ослушаться. Вряд ли там яд.