Пирожки для принца

Их взгляд почему-то фокусируется на уровне четвертой пуговицы, даже если Соня одета в тонкий свитер, никаких пуговиц не предполагающий. Как же она теперь их понимала! Как ни старалась она остановить взгляд на лице, он непроизвольно соскальзывал и цеплялся совсем не за то, за что следовало.

– Добрый день, – принц (если, конечно, это принц) вышел из оцепенения и подтянул к себе занавеску. Щеки Сони в секунду стали помидорового цвета.

– Я, пожалуй, подожду за дверью, – быстро проговорила она и, путаясь в складках платья, вылетела вон.

Тетка-сопровождающая уже была там.

– Ты это чего там делала? – подозрительно спросила она.

– Принца искала, – выдавила из себя Соня.

– И что, нашла? – теперь она смотрела сквозь недобрый прищур глаз.

– Кажется, да.

Принц вышел из комнаты минут через десять, уже одетый и обвешанный какими-то местными знаками различия. И все это время тетка не прекращала сверлить Соню подозрительным взглядом. Но как только его высочество появился на пороге, она натянула на лицо приторную улыбку и склонилась в реверансе.

Соню реверансам никто не обучал, поэтому она так и осталась стоять истуканом. Но улыбку на всякий случай тоже изобразила.

Теперь, когда принц был при параде, она уже могла рассмотреть его глаза. Зеленые. Под черными ресницами. Они смотрели невозмутимо, словно несколько минут назад венценосная особа не пряталась за бархатной занавеской. Следовало признать: принц хорош собой. Но не той смазливой диснеевской красотой, которой ожидают от принцев.

В общем, что там у него с характером, королевством и склонностью к насилию, сказать трудно, но за внешние данные оценка наверняка была высокой.

– Я рад, что вы наконец почтили нас своим присутствием, дорогая Соня. Готовьтесь к свадьбе. Кларина вам поможет.

Сказав это, принц вышел из комнаты.

М-да… Что ни говори, знакомство получилось несколько скомканным и скоротечным.

Хоть бы у этого представителя агентства кошелек поскорее украли!

Глава 4

Тело словно пронзил слабый разряд электричества. Неожиданно. По ощущениям похоже на что-то из физиотерапии, когда мышцы сокращаются сами по себе. Не очень приятно, но терпимо.

– Ты что творишь, негодяйка? – судя по взгляду, приставленная к ней соглядатайша – как там ее? – была в бешенстве.