Золото под ногами

– Рабство! Только рабство спасет экономику Калифорнии от разорения и краха! – вдруг горячо провозгласил Кроули.

– О! Еще один потерпевший! – весело воскликнул Джонни.

– Ваши рабочие тоже покинули вас, мистер Кроули? – спросил Барнетт.

– Ушла первая бригада в полном составе, – ответил бородач и стал раскуривать сигару. – Во второй – брожение и разговоры. Чего еще им надо, не понимаю.

– Сколько вы им платили?

– По двадцать долларов в день при условии выполнения плана выработки и премиальные.

– Это объясняется просто, мистер Кроули. Каждый день они добывают вам золота на две тысячи долларов, а в качестве оплаты получают сотню на всех. Отдайте им хотя бы половину добытого – и они перестанут «бродить». Я тоже плачу рабочим на стройке по двадцать долларов в день, и они довольны только потому, что не видели золота своими глазами. Если бы они работали на приисках, мне пришлось бы платить им куда больше. Конечно, случается всякое.

– Ты еще молод, Сэм, – ответил Саттер, – и много тебе еще предстоит пережить и понять. Ты думаешь, этот сброд, что едет сюда за золотом, способен создать что-то значимое? Нет, мой юный друг! Дай им волю, – он сверкнул глазами в сторону сына, – они разрушат все, что было создано старшим поколением! Только жесткие законы удержат плебеев в рамках и обеспечат процветание республики.

– Тебе, конечно, больше по сердцу организованный грабеж по методу мистера Кроули, – съязвил Бреннон. – Признайся, Джон: ты просто не способен вписаться в новую жизнь. Перед тобой открылись потрясающие возможности, но ты упорно держишься за старые привычки, и поэтому обречен. Почему ты не платил своим работникам достаточно, чтобы они не сбегали?

– Потому что это бы меня разорило! – воскликнул Саттер.

– Черта с два! Если бы они продолжали работать, их труд принес бы тебе куда больше пользы и денег!

– Больше пользы мне принесет окончательная легализация рабства, чтобы я мог на законных основаниях вернуть их и привлечь к созидательному труду!

– Каким образом, любопытно? Полгода назад к тебе приезжал полковник Мейсон. С ним было тридцать солдат республиканской гвардии.