Она его собственность. Мирая

Он даже успел встретиться за обедом с одним из своих брокеров. Тот сообщил тревожные новости с биржи. Беседа затянулась, и Лаорр опоздал к началу чертова ритуала.

А когда вошел в мрачный зал подземелья, едва сдержался, чтобы не испепелить пристава.

Девушка лежала на каком-то грязном камне, связанная, в разорванном платье! Даже если эти ублюдки решили, что она больше не свободный человек, а всего лишь его собственность, то кто, покарай вас боги, так обращается с чужими вещами?!

Он едва сдерживался, чтобы не выместить злобу на мерзкого вида человечишке, который крутился рядом.

А вступать в конфронтацию с системой – себе дороже.

Человечишка, кажется, не понимал, с каким брезгливым отвращением относится к нему Лаорр. Или понимал? И именно поэтому потребовал, чтобы он продемонстрировал, как девушка «откликается»…

Как будто человеческая девушка в принципе может не откликнуться на желание темного…

«Мы можем расторгнуть соглашение», – сказал он.

Вот тогда у Лаорра был последний шанс. Он еще мог разозлиться, пойти на принцип и сказать – хорошо. Расторгаем. Да, это стоило бы жизни рыжей девчонке, потому что после такого договориться уже не получилось бы. Но какого черта его должно это заботить?!

Однако почему-то заботило, и он, стиснув зубы, подошел к постаменту.

Коснулся девушки – и его обожгло ненавистью и страхом. Что-то новенькое! Он продолжил трогать руками ее тело, с удовольствием ощущая, как к терпким, но неприятным на его вкус эмоциям добавляется желание, вожделение, а затем и страсть.

Он не собирался доводить дело до конца и услаждать похотливый взор судебного пристава… Лишь пробежаться пальцами по телу, чтобы вызывать ответную дрожь. И наконец убраться из этого зала.

Но, прикоснувшись к ней, не смог остановиться. Он продолжал ласкать ее, вести по дороге наслаждения, пока не довел до пика, до разрядки. Забыв о пялящемся на них приставе, забыв об омерзительном месте, в котором все происходило, забыв вообще обо всем.

И дело было не в том, что он так увлекся этой игрой, хотя, конечно, он увлекся. Все время он чувствовал чужую волю. Это она заставила его продолжать. То ли мольба, то ли приказ: не останавливайся…

Эта странная девушка подчинила его своей воле! Пусть ненадолго, пусть она просто застала его врасплох, пусть она сделала это тогда, когда их желания совпадали! Но она сумела.