Невольная ведьма. Добро пожаловать в кошмар

В какой-то момент мне даже причудилось, что на одном из кольев висит черепушка. Но через пару шагов стало понятно, что это просто старый чугунок с двумя дырками, напоминающими глазницы.

Крыша наклонилась в сторону, будто бы хотела сбежать из этого места. На ней жалобно поскрипывал старый флюгер-петушок, словно просил о помощи. Наверное, когда-то он был железный, а сейчас на сто процентов состоял из одной только ржавчины.

Двор оказался не в лучшем состоянии. Он весь зарос бурьяном и крапивой. Я даже пару раз обожглась, пока дошла до кособокого крылечка.

– Эй, хозяева! – закричала я погромче, чтобы прогнать это наваждение, и постучала в толстенную дверь.

– Заходи, деточка, открыто, – послышался с той стороны тихий старушечий голос. И звучал он как-то очень зловеще.

Я замешкалась. Нет, в ведьм я по-прежнему не верила. А вот во всяких маньяков и психопатов вполне.

Но все же чувство долга пересилило, и я шагнула в темный, пахнущий сыростью и травами коридор. Может, старенькая бабушка просто не в состоянии самостоятельно выйти за своими покупками?

Внутри дом выглядел не краше, чем снаружи. Свет, проникающий через маленькие оконца, тускло освещал видавшую виды мебель, погрызенные кем-то половички и пучки сухоцветов, развешанных под потолком.

Хозяйка этого добра покачивалась в кресле-качалке, которое пронзительно скрипело при каждом движении.

Как я и ожидала, она оказалась совсем старенькой. Волосы, выбивающиеся из-под платка, были совершенно белыми. А лицо испещряли миллионы морщин разной глубины. Но глаза старушки были необычайно яркими и живыми. Ведьма, – то есть, тьфу ты, – покупательница не скрывала любопытства и в открытую рассматривала меня.

– Спасибо за выбор нашего магазина. Обращайтесь к нам еще. Мы всей командой будем вас ждать, – скороговоркой выдала я фразу, после которой покупатели будут считать себя обязанными приобрести у нас что-то еще.

– Спасибо, милая. Если не трудно, поставь кулечки вон в тот уголок, – старушка ткнула узловатым пальцем мне за спину.

Голос ее был скрипучим и слабым. Ну как тут не помочь? Но только я обернулась, как снова услышала хихиканье.

– Что, простите? – я резко обернулась, будто бы хотела уличить хозяйку в том, что она надо мной смеется. Но ее губы были сомкнуты. И только глаза искрили недобрым весельем.