Благими намерениями

Мои знания из будущего по этой местности практически равны нулю. Не интересовался я Ровно! Надо будет кого-то послать в город и разузнать, что да как. Может, попытаться на подполье выйти? А есть ли в Ровно подполье? Тоже выясним…

– Как воевать, говоришь? – Все то время, пока я думал, Антон тоже молчал. – Для начала соберем отряд, а там – посмотрим. Пока с тем, что у нас есть, мы много не навоюем…

* * *

Полдень давно прошел, но гости все не появлялись. Настроение стремительно падало – я стал предполагать худшее.

Может, они и не придут? Или что-то случилось? А вдруг кто-то оказался не настолько надежен, как предполагал Ян? Нет, в этом случае нас бы уже окружали. Почему же они не идут? Когда я уже совсем извелся, в сопровождении Казика появились двое. Один из пришедших, здоровенный крепкий мужик с широким, заросшим седой щетиной лицом, оглядел нашу компанию и, мне показалось, будто сразу как-то сник. Он глянул на второго, который был ростом пониже, но тоже внушительного вида, и снова посмотрел на нас. Навстречу им тут же поднялся Ян.

– А мы уже думали, не придете. – Он крепко пожал руки каждому и повернулся ко мне: – Наш командир – Алексей, а это – Антон. Славка и Казика вы знаете. А это – Тарас Бжынский и Костя Гарченко.

Мы с Антоном пожали руки Тарасу и Косте. Я чувствовал себя как-то неуютно – Тарас, который покрупнее, услышав, что я и есть командир отряда, не отрывал от меня взгляда, будто обмеривая и взвешивая. Что творилось у него в голове, не знаю, но, судя по выражению его лица, я не произвел впечатления.

– Вы, наверное, догадываетесь, зачем Ян вас сюда пригласил? – спросил я после того, как обмен приветствиями закончился.

– То вы и есть партизаны? – вопросом на вопрос ответил Тарас.

Я уперся взглядом ему в лицо. С этим товарищем, похоже, надо пожестче – не дать ему почувствовать слабину. Видно же, что как командира он меня не воспринимает ни в каком виде. Во как смотрит – твердо, изучающе, прямо в глаза. Еще чуть-чуть – и начнет кривиться, будто лимон жует.

– Да, мы – партизаны, – твердо сказал я, не отрывая взгляда от глаз Тараса. – Ян говорил, что каждому из вас есть за что не любить немцев. Это правда?

– Правда. – Тарас молчал и ответил за обоих Костя. – У меня два сына в Красной армии. Младшего, Андрюшку, убили подо Львовом, а старший, Сашка, вообще неизвестно где. Как немцы пришли – никаких вестей от него не получал.

– А ты? – Я кивнул Косте и обратился к Тарасу.