Мой босс из ада

Но, кажется, вопреки обыкновению он не собирался радовать меня очередным «Даже плакать вы нормально не умеете! Вон тушь потекла, нос красный – совершенно неэстетично. Начните заново и теперь уж, пожалуйста, как надо».

Более того он сделал нечто, чего я ожидала меньше, чем стакана воды и пожертвованного личного носового платка.

Сел рядом и погладил меня по плечу – осторожно, одними пальцами, как будто бы я была ядовитой змеей или монстром, готовым на него наброситься. А потом задал вопрос, которого я ожидала еще меньше, чем всего-всего того, что произошло до этого:

– Почему вы плачете? У вас что-то случилось? Какие-то семейные неприятности? Вы болеете? Или вас кто-то обидел?

Я изумленно посмотрела в его глаза: он что издевается?

По-моему, совершенно очевидно, кто тут меня обидел.

Кто уже второй день достает меня придирками и критикует каждый мой шаг! Но нет. Если он и издевался, то делал это профессионально. В его глазах не было ни смешинки, одно сплошное желание разобраться и помочь.

Глядя в эти глаза, сказать: это ты, чертов монстр, довел меня за эти два дня! – было категорически невозможно. Или возможно, но не для меня, а для какого-нибудь супермена, который с легкостью прыгает по крышам в развевающемся плаще и спасает от преступности целые города.

А я смогла лишь пробормотать:

– Извините… это я не нарочно… это что-то нашло. Я, пожалуй, пойду… – а потом выскочить из его кабинета, схватить сумочку и броситься наутек, прочь из этого офиса.

Я замедлила шаг, только пробежав пару кварталов, как выяснилось, даже совсем не в том направлении, в котором мне было нужно.

А когда смогла остановиться, почувствовала, как горит плечо, которого Глеб Юрьевич только что касался, словно он оставил там ожог.

Глава 5

На следующий день я собиралась на работу особенно тщательно. В гардеробе обнаружилось еще одно платье, которое не должно было вызвать у Глеба Юрьевича приступа цветовой аллергии.

Мрачное, невзрачное, тоскливое, как погода в середине ноября.

Потом прическа. Мне пришлось изрядно покрутиться перед зеркалом, прежде чем волосы дисциплинированно улеглись ровно-ровно.

Стоя перед зеркалом, я сначала задумалась, а после решила рискнуть: добавила в свое безупречное отсутствие макияжа, кроме блеска, еще немного туши для ресниц. Посмотрела на себя и строго приказала: сегодня не плакать, точно не плакать.

Но когда я явилась в офис, стало понятно: выполнить этот приказ будет непросто.