Рагу. Сборник рассказов на любой вкус

Если вы встречаете в гостях такого же собрата-очкарика и стесняетесь или не знаете, с чего начать беседу, вполне можно спросить: «У тебя сколько?». Конечно, речь о диоптриях, если вы подумали о чем-то еще. А дальше уже, исходя из ответа, можно воскликнуть: «Пф! Подумаешь – минус полтора! Очки тебе вообще тогда зачем?» или «Нифига.. А у меня всего минус четыре».

Если в ходе разговора вы станете относительно близки друг к другу, то можно попросить померить очки. Будьте осторожны, эта просьба не будет удостоена положительным ответом, если человек еще не совсем вам доверяет.

Люди, далекие от проблем зрения, могут и не знать, что, порой изготовление очков может стоить, как 500 килограмм гречки. Или того более. А очки, все же, довольно хрупкое приспособление.

Если же вы все же обменялись очками, обязательно должна прозвучать фраза: «Боже, как ты вообще в них что-то видишь!». Примерка очков без этой фразы считается недействительной.

Очки отвратительно неудобны, когда ты решил вырубиться на подушке или – не дай боги! – в транспорте.

Будь готов к тому, что тебе обязательно где-то что-то натрет, надавит или, что вообще страшное дело – очки станут кривыми. Да-да, такое тоже может быть. И снова тебе вместо 500 килограмм гречки придется покупать новые очки…

Но один и самый главный плюс у очков – это, конечно, возможность попытаться представить, как это – видеть своими глазами. Конечно, это все же суррогат настоящего зрения, но это лучше, чем видеть человека в метре от себя, состоящим из нескольких цветовых пятен.

А еще есть небольшой бонус – если человек вас бесконечно раздражает, но высказаться ему в лицо вы не можете, можно просто в ходе разговора поправить очки средним пальцем.

Решение

Сначала ты разумно принимаешь решение.

Потом ты несколько недель его придерживаешься, стараясь не завыть в голос от разрывающегося на части сердца.

После ты уничтожаешь все следы Его пребывания в твоей жизни, руководствуясь поговоркой «С глаз долой – из сердца вон».

А потом еще пару лет стараешься о Нем не вспоминать, и это вполне удается, ведь поводов говорить о нем нет, да и не с кем.

Но вся твоя выверенная тактика рушится спустя несколько лет. Рушится так легко, будто не было тех страданий, тех обкусанных от волнения губ, тех слез, будто всё это было построено из неосязаемой паутины сомнений, а не из прочнейшего бетона твоей уверенности в лучшем.

А во всем виноват сон.

Ты не можешь контролировать свое подсознание.