Миткаль. Шлейф одержимости

Какие-то молодые люди в голубых костюмах, играли прямо на площади джаз. Прохожие им хлопали, кидали деньги на потертый пыльный шелк раскрытого футляра саксофона.

Чуть дальше старичок с орденами на пиджаке играл на гармони что-то печальное.

Я положила ему в шляпу деньги.

– Нравится тебе наш город? – спросила Амина.

Она знала, что я приехала сюда издалека, но не знала, почему. Я задумалась. Да, город, похожий на затерянное царство, мне нравился.

Этого-то мне и надо было – затеряться, чтобы никто не нашел.

Стало прохладно, и я накинула чёрный жакет, предусмотрительно захваченный с собой. По трём широким разбитым ступенькам мы с Аминой взошли на пустынную аллею, под густые кроны деревьев, и я вдруг перенеслась мыслями в свой город на год назад.

Таким же осенним вечером я возвращалась с подругой из кино пешком. Правда, тогда было холоднее. У арки мы попрощались.

Я поднялась по трём ступенькам и шагнула в сумрачную зону одна. Когда уже почти прошла арку, от темной стены за моей спиной что-то шарахнулось.

Сердце пропустило два удара, я оглянулась и увидела его.

Его, своего сумасшедшего соседа!

– Пгивет, – сказал он.

– Привет, – я ускорила шаг.

Тогда я ещё с ним даже разговаривала.

– Ты ходиа в кино? – спросил он, следуя за мной.

– Да.

–А я не газу не бы в кино, – сообщил он через три шага. – Пойдем вместе?

– Нет, не могу, – я пыталась попасть ключом от домофона в магнитный кружочек, но он никак не хотел щелкать и открываться.

– Я сегодня видел гусеничку, – сообщил он, наблюдая за моими безуспешными попытками открыть дверь. – За диваном на полу. Я её поймал и начал гассматгивать. А потом съел. Ты не ела гусениц? У них вкус яблосного повидла…

Помню, как ругала себя, что вообще пошла куда-то, зная, что надо будет возвращаться поздно домой. Он бессвязно долдонил за моей спиной какую-то чепуху, когда я, наконец, открыла дверь подъезда и птицей взлетела на свой этаж.

Подойдя к пыльному окну, увидела внизу неподвижную тень.

Ему не сделали ключей от домофона, но он мог позвонить в любую квартиру и ему сразу открыли бы, чтоб не доставал.

– Да сделай уже, чего он хочет! Погуляй с ним, пообщайся, успокой! – как наяву услышала я визгливый голос соседки тёти Зины. – Хоть ночам шляться не будет. Невозможно уже, нас всех извёл, чертов псих! Всё равно он тебе жизни не даст!

Я открыла глаза и вернулась от воспоминания в реальность.