Во власти (не)любви

– Да, видно, ведьма провела с ней нешуточную работу, – с горечью проговорила Ирена, обращаясь скорее к самой себе, но Джина стояла рядом и услышала.

– О ком она? – рискнула негромко спросить.

– О ком? – Ирена покачала головой. – Конечно же, о мужчинах. Пестуньи хорошо умеют вдалбливать мысль об их превосходстве в головы юбок, которые посмели в этом усомниться.

– Скорее бы сортировка, да? – продолжила Агнешка и резкий переход в ней от злобы к нездоровому энтузиазму пугал. – Хочу стать чернавкой и прислуживать своему господину! Я уже решила, что сделаю, как только его увижу! Слушайте! Чтобы доказать мою преданность ему, я сразу же встану перед ним на колени и поцелую его обувь! Тогда он поймет, что я признаю свою ничтожность перед ним и всем сердцем готова служить ему!

Целовать ботинки господина? Черт… Что проклятые пестуньи сделали с несчастной, что она говорит такие унизительные гадости?

– У Догмы очень широкий арсенал методов убеждения тех, кто не согласен с ее политикой, – будто прочитав ее мысли, Ирена вскинула на Джину большие зеленые глаза.

Это был какой-то мимолетный момент связи, которая установилась между ними, и она подумала – сейчас или никогда.

– Что за сортировка? – выпалила Джин, пользуясь тем, что внимание остальных было отвлечено на в красках размечтавшуюся о том, как она будет служить хозяину, Агнешку. – Почему все говорят о фартуках?

Торопливый ответ Ирены не заставил себя долго ждать.

– Юбки получают от пестуньи Магды фартук, и от того, какого он цвета, будет зависеть, кем ты станешь в доме мужчины, к которому отправишься сразу после сортировки.

– утроба, станешь рожать ему детей. Желтый – мессалина, которая ублажает господина в постели. Тут, видишь ли, каждому мужику для полного удовлетворения всех его потребностей положено три бабы. Патриархат, мать его!

Джина прикусила костяшку пальца. Она, конечно, догадывалась, что ничего хорошего ее не ждет, но это звучало слишком страшно, чтобы быть правдой.

В коридоре послышались тяжелые шаги надзирающей пестуньи и девушки, а вместе с ними Джин и Ирена, врассыпную бросились к своим тюфякам. И все-таки в торопливо-испуганной суматохе, прежде чем притвориться спящей, Джин успела задать еще один вопрос:

– A если на сортировке дали не фартук, а передник?

– Значит, ты совсем конченная и дорога тебе на химические заводы.