Перкаль. Флер страсти

И все же я вернулась и окликнула:

– Анюта!

Сестра подняла голову, широко распахнула глаза и воскликнула:

– Ева! О господи, Ева!

Вот уж чего я никак не ожидала, так это того, что она крепко-крепко меня обнимет и примется тормошить изо всех сил:

– Ева, бессовестная девчонка, где ты была? Почему даже не поговорила со мной, прежде, чем уехать? Отец твоей подруги рассказал, что ты отправилась к дяде Косте в Белый Лог! Другой конец света! Где были твои мозги? Почему мне не рассказала, что тебя какой-то придурок преследует? Ева, я просто не могу поверить, что это ты! Какая же ты красавица, глаз не оторвёшь! Глупая, глупая, почему не позвонила?

– Ань, ты же помнишь наш последний разговор? – смущённая ее напором, пробормотала я.

– Ева, о, Ева! – Анюта стиснула меня так, что тяжело стало дышать. – Я так жалею обо всем, что тебе тогда наговорила! Ты оказалась права, а я последняя дура, что не поверила.

– Ты это сейчас серьёзно? – у меня глаза на лоб полезли.

– Нет, конечно, нет! Я даже видеть этого скота не хочу! – выпалила Аня возмущённо. – Так, вот что, я тебя больше от себя никуда не отпущу. Сейчас едем ко мне, тут на метро недалеко.

– Я на машине. С Гаем, – произнесла я и выжидательно посмотрела на двоюродную сестру.

Её реакция оказалась такой, как я и думала.

– Что? – округлила она глаза. – Я тебе сколько раз говорила, что нельзя с ним общаться? Ему только одно от тебя и нужно.

– Это твои слова, или твоего обожаемого Антона? – сузила зрачки я. – Аня, опомнись! Три года прошло. Я совершеннолетняя. И могу делать, что захочу.

– Ой, да, прости… – как-то сразу сникла она. – Прости, Ева, я действительно перед тобой виновата. Очень виновата. Поехали ко мне, хорошо? Там и поговорим. Я тебе все расскажу.

Появлению моей двоюродной сестры Гай явно рад не был, а вот Анна, наоборот, разглядывала его с жадным интересом.

Гай подвёз нас к ее дому и сказал, что заедет за мной через два часа. Подниматься в квартиру он не захотел.

Помнил, наверное, как Анька со скандалами пыталась его от меня отвадить.

– Слушай, он вообще изменился! – восхищенно произнесла сестра, лишь мы зашли в подъезд.