Турист

Сесар тоже встал и с изумлением спросил:

– Вы его узнали?

Бывший комиссар указал на лицо, смотревшее с экрана, и ответил:

– Мать твою, это он! Не могу поверить!

– Кто – он?! – сердито спросил Сесар, торопя Самбо с ответом.

Но бывший полицейский был так ошеломлен, что лишь через несколько секунд смог ответить:

– Турист.

Глава 2

Тому, кого прозвали Турист, в сущности, было почти приятно, что его так называют. Это значило, что полицейские, которые гоняются за ним, не знают ни одной детали, которая помогла бы установить, кто он.

Первым дал ему это имя следователь из австрийской уголовной полиции. Расследуя убийство некоей Сабины Ланг, этот человек понял, что произошли еще два преступления с таким же почерком, и оба в городах, посмотреть которые приезжают толпы путешественников: одно в Дублине, другое в Севилье.

По словам журналиста из «Кронен цайтунг», следователь воскликнул: «Да это какой-то проклятый турист!»

И с этого дня Турист, согласно руководству по классификации преступлений, разработанному в ФБР, считался серийным убийцей, то есть преступником, «совершившим три или более убийств в трех или более разных местах, причем убийства разделены отрезками времени».

Туристу не понравилось, что ему дали такую грубую и заурядную характеристику. Он никогда не считал себя человеком, принадлежащим к определенному типу преступников. Турист с трудом смирился с этой мыслью. Он прекратил свои «путешествия» и принялся сосредоточенно читать скучнейшие сочинения психиатров и профайлеров, жуткие биографии серийных убийц и даже художественные романы и книги, по которым сняли кинофильмы и телесериалы.

В итоге он пришел к заключению, что иногда поступал очень плохо, но ничего не мог с этим сделать.

Не существовало терапии, которая могла бы его вылечить. После десятилетий неудачных экспериментов психиатры сделали вывод, что преступников-психопатов нужно сажать под замок до конца жизни или приговаривать к смерти, если закон это позволяет.

Книги помогли Туристу разобраться в себе, но не вызвали у него ни страха за себя, ни ужаса перед его преступлениями. Такие люди, как он, совершенно не способны испытывать чувство вины, угрызения совести, тревогу или страх.

Импульсивный выбор жертвы и способ нападения на нее – чистейшая концентрация риска и опасности – тоже были характерными особенностями его личности, которые старательно изучили эти умники.