Турист

– Да, – одновременно ответили оба товарища убитой.

– Вскрытие было?

– Нет.

– Тогда почему вы уверены, что она умерла от удушья? – спросил Пьетро, хотя уже знал ответ.

– У нас есть некоторый опыт, – со вздохом сказал француз.

Самбо повернулся и взглянул ему в лицо.

– Вы полицейские, солдаты или сотрудники секретных служб. Кто именно?

Сесар покачал головой и ответил:

– Мы можем вам сказать только, что мы в этой истории – положительные персонажи. А злодей тот, кто убил нашу подругу.

– Вы еще ни разу не назвали ее по имени, – заметил Пьетро.

Испанец поморщился и ответил:

– Можете его придумать, если это для вас действительно важно.

– А что с трупом?

– Он в безопасном месте, – ответил Матис. – И в подходящее время будет передан ее семье.

Бывшему комиссару было бы приятно узнать об этих событиях больше и понять, почему о смерти женщины нельзя объявить открыто, но он смирился и ждал, что будет дальше. Эти двое твердо решили молчать, и он не получил бы ответов на вопросы, которые теснились в его уме.

– Я должен был бы осмотреть место преступления, – сказал он.

– Это невозможно, – ответил француз.

Бывший комиссар потерял терпение:

– Вы действительно думаете, что я могу расследовать дело без углубленного знания о нем?

– Нам известно, кто убийца, – заявил Сесар.

– Мы знаем его лицо, но не знаем, кто он, – пояснил его товарищ. – Поэтому нам нужен местный помощник.

Испанец протянул руку к компьютерной мыши. На экране компьютера появились открывающаяся дверь и луч искусственного света, осветивший участок пола.

Внезапно зажглась люстра, и стал виден профиль мужчины, который осматривал комнату с плохо скрытым изумлением. На мужчине были темная одежда, перчатки из латекса и ботинки на резиновой подошве. Рост его был примерно метр восемьдесят, он был стройным, двигался легко и быстро. Он вошел в другую комнату и исчез там на пару минут, потом снова прошел перед телекамерой, направляясь к входной двери, и вдруг повернулся лицом к объективу.

Темно-русая борода, густая, но ухоженная, окружала лицо с правильными, почти лишенными индивидуальности чертами. Взгляд серых глаз был чувственным даже в эту тревожную минуту. Оттенок серого был редкий, и Самбо подумал, что это облегчит им охоту, но одновременно вспомнил и народную поговорку о том, что сероглазым всегда везет.

Лицо мужчины исказилось от бешенства.