Соня и Александра

Может, если бы она надавила, поставила перед выбором, попросила, забеременела, использовала бы любые женские способы, чтобы довести его до загса, было бы проще? Он бы согласился, чтобы жить спокойно дальше, без чувства вины, которое росло с каждым днем. Но она не попросила.

– Почему? – спросила Александра, когда он сообщил ей, что они должны расстаться.

Она смотрела на него как на чужого, постороннего человека, от которого можно ожидать чего угодно.

– Я не знаю, – ответил Владимир.

И это было честно.

Он не знал.

Теперь он шел в сторону пляжа и вспоминал Александру. Очень хотелось ей позвонить и сказать, что ему плохо без нее. Что он сидит в семейной гостинице, куда его притащила Соня, ест бутерброды, которые сделала домработница, и на ужин его ждет салат из двадцати ингредиентов от сумасшедшего шеф-повара. Он не в отеле, не в ресторане с вышколенными официантами, а в этом «райском местечке», куда еле добрался. Он хотел ей рассказать, как они едва не свалились в пропасть, как он спал под балдахином, как узнал, что их домик имеет собственное имя.

И Александра бы его поняла: она бы посмеялась, пошутила, и ему бы стало легче. Она бы сказала, что делать дальше. Только одного он не смог бы ей объяснить – почему он сюда вообще поехал.

На полянке перед баром домработница Надя застилала столы бумажными скатертями. Хозяйка Ирэна разглядывала свежевыкрашенный шезлонг, который под взглядом матери переносил туда-сюда Константин. Повар Макс колдовал в зоне барбекю, чем был явно недоволен.

Владимир свернул на неприметную тропинку между домами, не желая мешать хозяевам своим присутствием. Он спугнул кошку, сидевшую на ступеньках, увидел крошечную грядку с заботливо подвязанными помидорами, споткнулся о шланг, который так и не был убран после полива, и, наконец, дошел до пляжа.

Пляж был крошечный, но чистенький. Ступени вели вниз, утопая в песке. Сбоку притулился навес с инвентарем для водных развлечений. Листок бумаги, прикрепленный к гвоздю, сообщал, что весь инвентарь – только для гостей комплекса, которых просили после использования вернуть все на место.

Владимир осмотрел имущество – детские надувные круги, нарукавники, одна двухместная байдарка и одна одноместная, правда, без весел, детские совочки, ведерки, корзина с ракушками, наверняка собранными детьми, и небольшая стопка шезлонгов.

Владимир взял один, решив полежать спокойно. Перетащил его за выступ скалы, подальше от любопытных взглядов.