Плохая мать

По законам жанра Иван должен был вернуться в столицу и жениться на другой женщине, нарожать много детей и только иногда, когда выпьет, вспоминать о той, своей первой любви. Но сделал то, чего от него не ожидала даже бабушка. Он кинулся ей в ноги и попросил разрешения жить с ней. Просто быть рядом. Просто любить. Моя бабушка пожала плечами – мол, пожалуйста, живи на здоровье. Видимо, это она от неожиданности разрешила. А еще через полгода у нее родилась черноволосая девочка – моя мама. И все село знало, что настоящий отец – Георгий, а не Иван.

А девочка – Ольга – ну настоящая осетинка.

Но Иван даже после этого не бросил жену, а записал эту красивую, но совсем чужую ему девочку на свое имя. Признал отцовство и дал ей свою фамилию и отчество. Старейшины села пооткрывали от удивления рты и ничего не сказали.

Бабушка при первой возможности уходила в редакцию, поскольку дома находиться не могла. Иван не работал и не собирался, пил местный самогон, страдал от любви и говорил, что жена сломала ему жизнь.

А настоящий отец моей мамы – Георгий – содержал их семью, включая Ивана, потому как денег, которые зарабатывала бабушка, хватало только на «булавки». Законная жена Георгия – Зарина – часто брала малышку к ним в дом. Потому что ребенок ни в чем не виноват и потому что муж радовался. Но полюбить ее не смогла. Кормила, относилась к ней как к родным детям, но не любила.

Еще через два года бабушка родила сына – мальчика с голубыми глазами и светлыми волосиками, которого назвали Костиком.

И опять в селе все знали, кто отец, – Иван. Костик – просто как под копирку.

А потом Иван пропал. Собрался и уехал в один день, как будто его и не было. Бабушка помыла полы в доме водой из колодца, как после покойника. Никто ничего не понял. Даже всезнающие соседки.

Я ведь хорошо помню Георгия – он всегда дарил мне подарки и называл на местном наречии «дидина», цветочек. Пожилой высокий мужчина, который так внимательно на меня смотрел, как будто хотел дырку прожечь.

Законного «дедушку» я никогда не видела.

– А зачем он нам нужен? – спросила я маму.

– Возьмем у него денег.

– А он даст?

– Даст. Пусть попробует не дать.

– А у него есть деньги?

– Если нет, то достанет.

Я очень боялась, когда мама говорила таким тоном. Как будто это была не она, а совершенно другая женщина.

Все эти годы мама, переехавшая в столицу, посылала в село деньги. Бабушка их не тратила, а копила на сберкнижке.