Постучи в мою дверь. Шепот демона

Власть короля представлялась ей чем-то неоспоримым. Как Габор сможет избежать свадьбы, если ему прикажут?

Олеся старалась не сводить глаз с покрытых снегом деревьев.

– Так какое из Страшилищ сделал ты? Где оно висит?

– Зачем тебе?

– Я же уже сказала: интересно, что ты придумал, чтобы предостеречь крестьян.

– Я делал их только в детстве. Тогда мне казалось, что я смастерил самое отвратительное Страшилище и ни один человек не сможет пройти мимо него.

– А сейчас?

Габор хмыкнул:

– Мне тогда было… лет пять.

Что я могу думать об этом сейчас?

Олеся представила маленького Габора, усердно мастерящего жуткое существо. Наверное, он был очень старательным ребенком. Уже тогда осознающим, какая ответственность на нем лежит.

– Почти приехали. Спускаемся.

Олеся огляделась и потрясенно открыла рот. Деревья стояли почти непроходимой стеной. Среди них едва мог протиснуться человек. Но удивительным было не это. В этой живой стене была брешь – выложенные из камня ворота. Большие и маленькие булыжники были плотно подогнаны друг к другу, словно их только вчера сложили.

Сверху лежала перекладина – каменный монолит. С одной стороны он оказался шире, чем с другой. Похоже, его даже не обрабатывали. Несмотря на сгустившуюся темноту, Олеся разглядела выбитый барельеф: дракона и ворона, которые смотрели друг на друга с разных концов.

– Что это?

– Ворота Крампуса. Дальше идем пешком. Там не проехать.

Габор спрыгнул в снег и потянулся к Олесе, чтобы помочь.

– Постой! Разве… разве мы не к Бражене собирались?

– Мы к ней и идем.

 – Его голос звучал как ни в чем не бывало.

– Хочешь сказать, что она живет… рядом с Крампусом?

– Ворота Крампуса еще не означают, что он где-то рядом.

– Тогда почему они так названы?

На лице Габора вновь появилось нечитаемое выражение.

– Ты задаешь слишком много вопросов. Идем, времени мало. Темнеет быстро.

Габор спустил ее с коня, обвязал поводья вокруг одного из деревьев и взял Олесю за руку. Другая его рука сжалась на рукояти сабли.

Он несколько раз огляделся, нахмурившись так сильно, что между бровей залегли глубокие морщины.

Вдвоем они прошли через ворота, погружаясь в еще более мрачную темноту. Здесь было оглушающе тихо – только снег скрипел под ногами. Тяжелое дыхание вырывалось облачком пара изо рта.

Габор вел Олесю по одной ему ведомой тропинке среди плотных почти непроходимых зарослей деревьев и колючих кустарников. Пару раз Олеся поранила руки об острые, покрытые льдом ветки.