Лекарь-возлюбленный. Призрачный обряд

Мастер развернулся, чтобы уйти, но я успел остановить его.

– Готовым к чему?

Он снова улыбнулся своей полубезумной улыбкой.

– К тому, чтобы стать одним из нас.

Он исчез бесшумно, развеялся в воздухе подобно туману. Какие-то мгновения казалось, что я еще вижу подол его ханьфу, но когда присмотрелся, понял, что это всего лишь сгустки тени.

Гнетущий рассвет пах обреченностью. Мрачное небо низко нависало над тренировочной площадкой, куда меня привел Баи. От студеного ветра дрожали обвитые дикими розами ветви деревьев, которые окружали это странное место, больше подходящее для какого-нибудь ритуала, нежели для тренировки.

Баи нежно коснулся моей щеки. Его теплое дыхание скользнуло по лицу, а подушечки пальцев, подрагивая, прошлись по коже. Он смотрел на меня с любопытством и нежностью. Убрав со лба прядь волос, он тихо проговорил:

– Во сне вы опять звали господина Рэйдена… Так мучительно страстно шептали его имя!.

Я отстранился от Баи, испытывая раздражение наполовину с разочарованием. Он вел себя так, как я хотел бы, чтобы вел себя мой неприступный лекарь.

По воздуху поплыли бледные нити тумана. Они напоминали дрожащую на ветру паутину. Трепетали и путались средь шипов роз, оседали на темно-зеленых листьях. Казалось, что это колышутся обрывки серебристо-белой ткани.

Туман усилился. Он надвигался сплошной мутной стеной, окружая тренировочную площадку.

Неся с собой словно тяжелую мантию белесые сгустки, из молочного марева вышел мастер Юн. В сопровождении трех воинов он не спеша подошел к нам с Баи.

– Надеюсь, ты понимаешь, что твое происхождение здесь не стоит ничего? Жалеть тебя никто не будет.

Он указал кончиком веера трем юношам, и те поставили передо мной две широкие чаши.

– Я ведь не член братства. Но вы все равно хотите раскрыть мне секреты вашего мастерства. Зачем?

Мастер Юн пожал плечами.

– Придет время, и все станет на свои места. Сейчас же ты просто должен познать искусство Ночных Цветов. Смертоносное искусство. Ночные Цветы никогда не изображали из себя святых. Мы – убийцы. Но каждый, кто приходит сюда научиться убивать, делает это ради кого-то. Ради того, кому хочет отомстить. Или ради того, кого хочет защитить.