Лекарь-возлюбленный. Призрачный обряд

 – Вторая крепость. И третья.

Все три крепости находились на одной линии. На карте не было никаких подписей, но по очертаниям я узнал Ванжан. Получается, что первая крепость располагалась в столице. Вторая – на границе, в Ёру. Ну, а третья была той самой, где я сейчас находился.

– Вижу, вы поняли. – Баи поднял свечу выше и снова коснулся первого рисунка. – Три крепости должны были охранять Ванжан от врагов. Первыми в битву вступал клан Опавших Лепестков. Если у них не получалось сдержать неприятеля, – Баи передвинул палец ко второй крепости, – бой принимал клан Тысячелетних Воронов.

Я никак не мог связать все услышанное воедино.

– Ты сказал, что главной целью было не пустить врагов к землям Короля Мертвых. Но… я никогда не встречал желающих попасть туда. Крепость в Ёру – место, куда ссылают приговоренных к смерти.

Баи улыбнулся.

– Вы сказали, что ищете Манускрипт Маледиктуса. Что вы о нем знаете?

Вопрос Баи удивил. Как Манускрипт связан с Ночными Цветами и пропавшей крепостью?

– Только сказки, которые рассказывала мать. И то, что сказал мастер Юн.

– Пролились реки крови, чтобы уничтожить любое упоминание о Манускрипте. – Он развернулся и пошел обратно. – В нем всего три страницы. Но записанного на них хватит, чтобы утопить в страданиях весь мир.

– Да, мать говорила мне…

Неожиданно бесконечная череда коридоров закончилась, и мы вышли в холодную осеннюю ночь.

На мне был лишь тонкий халат, и северный ветер тут же забрался под легкую ткань. От студеных порывов перехватило дыхание.

– Вы замерзли? – Баи захватил прядь моих волос и заправил за ухо. Его попытка то ли флирта, то ли заботы вновь оставила меня равнодушным, не тронув в сердце абсолютно ничего. На мгновение я даже обрадовался, что мужчины меня не привлекают. Но предательская мысль о Рэйдене, делающем то же самое, разожгла в теле пожар.

– Ты… можешь рассказать мне о нем?

Баи спустился со ступенек, и мне не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Все вокруг выглядело странно запущенным. Разросшиеся кусты роз казались немыми монстрами, тянущими свои руки-стебли к незваным гостям. Шипы были таких размеров, что могли достать до сердца.