Мой сводный хулиган

Честно говоря, я думал, такое только где-то на Рублёвке, а оказывается у нас тут тоже есть в городе. Хотя, кто знает, какой уровень жизни у семьи Максима Романовича. О том, что тренерская работа – не его основной доход, я слышал. Это так, хобби, для души да самолюбие почесать. А чем там реально они занимаются и какие возможности имеют, кто его знает.

– Приехали, – он остановился у одного из домов напротив гаражных ворот и кивнул мне выходить.

Я закинул сумку со своими пожитками на плечо и вышел из машины, аккуратно прикрыв дверцу.

– Ну что, Артур, добро пожаловать домой, – Максим Романович положил руку мне на плечо, по-отечески приобняв и немного подтолкнув вперёд. – Пошли знакомиться.

Я кивнул, выдавил улыбку и пошёл рядом с ним к порогу, стараясь сильно пока не глазеть по сторонам. Потом поразглядываю.

Мы вошли в небольшую веранду, а с неё в широкую светлую гостиную. Огромные окна от потолка до пола, блестящий паркет на полу, чуть дальше от двери белый диван, стеклянный столик с плетёными креслами.

Я такое убранство только в кино видел. Да, и плазму на стене такого размера тоже.

– Знакомься, Милана, это Артур. Артур, это моя жена Милана Авдеевна.

Навстречу мне из-под арки, ведущей, как я мог предположить, в кухню, вышла высокая стройная рыжеволосая женщина лет сорока в светло-бежевом брючном костюме. Она внимательно осмотрела меня и мягко улыбнулась.

– Добро пожаловать, Артур, – протянула руку и пожала мою своими длинными тонкими пальцами.

Трудно было вот так сразу определить, искренне она, или затея тренера ей пришлась не по нутру. Я видел таких, как она, которые приезжали к нам в детский дом в качестве благодетелей. Холодные и отстранённые, тепло улыбались только на камеру, позируя рядом с детьми помладше на фоне кучи подарков, а потом брезгливо мыли руки.

Но по первому взгляду на жену тренера было сложно сказать, одна из них она или действительно готова распахнуть мне свои объятия.

– Здравствуйте, – кивнул я, не зная, что сказать ещё.

– А вот и Николь, – женщина повернулась в сторону лестницы на второй этаж, и я проследил за ней взглядом.

С последних ступеней как раз спускалась девушка. Она сначала замерла, а потом подошла ближе и остановилась рядом с матерью.