Седьмой гном

 – Вы, наверное, хотели бы что-нибудь получить на память, так сказать, от Горецкой?

Худрук отмахнулся и потянул на себя тяжелую дверь.

– Это все потом. А сейчас… Вам, Макар Дмитриевич, все скажут. Но знаете, – Альберт Венедиктович приподнялся на цыпочках и потянулся к уху Чердынцева. Тому даже пришлось наклониться. – Поговаривают, что не сама старушка отошла в мир иной. Помогли ей…

Макар вскинул брови и придержал дверь, чтобы она не пришибла побледневшего от собственных слов худрука. Мужчина юркнул внутрь, и меховая макушка шапки задела руку Чердынцева, оставив мокрый, пахнущий псиной след.

– Убили? – недоверчиво переспросил Макар.

– Не совсем… – уклонился от объяснений худрук. – Обстоятельства, батенька, обстоятельства…

Они поднялись на второй этаж, где Щербинин сразу же нашел нужный кабинет. Макар зашел следом, попутно расстегивая пуховик. В здании было душновато, будто вытяжки совсем не работали.

Из-за стола поднялся молодой мужчина в сером костюме и криво висевшем галстуке. Внимательно оглядев Чердынцева с ног до головы, он усмехнулся.

А когда заметил в его руке дорогой брелок от машины, презрительно дернул густой бровью.

– Московские гости изволили приехать? – спросил он у Щербинина, словно речь шла не о Макаре.

Альберт Венедиктович стащил шапку, бухнул ее на стол, забрызгав все вокруг, а затем кивнул:

– Именно!

– Макар Чердынцев, – представился Макар. – А ваши должность и звание?

– Следователь Ерохин.

– Следователь, значит. Старший или…

– Присаживайтесь, – сквозь зубы процедил Ерохин.

Худрук первым ринулся к стене, у которой стояли два стула. Он с грохотом протащил один из них поближе к столу и уселся на самый краешек. Макар же занял место у офисного шкафа, демонстративно закинув ногу на ногу. Теперь следователю приходилось крутить головой, переводя взгляд от одного к другому, что явно ему не понравилось. Зато Макар почувствовал приятный всплеск адреналина. Исключительно из вредности ему хотелось показать, что гостей, тем более московских, желательно привечать с уважением.

Как сказал бы его отец: союз двух самцов возможен только в двух формах – враждебного альянса против других самцов или в случае оказания взаимных услуг. Ни то, ни другое Чердынцев пока не рассматривал. И похоже, следователь Ерохин тоже.

– Вы родственник Горецкой? – Ерохин раскрыл перед собой папку и перевернул несколько листков.

– Ну… – замялся Чердынцев.

– Да, родственник, – поддакнул Щербинин. – Наследник.