Сто первый мир

Дрейфовать вот так было даже приятно: не надо ничего делать, ничего решать. Ты просто существуешь до поры до времени и все.

– И ты так легко с этим смиришься? – неожиданно безмятежность в голове Саши прорезал все тот же детский голос. – Разносчик аннигилировал тебя, но ты не мертва. Просто попала в Немирье.

– Кто это говорит?! – возмутилась девушка. Слишком уж вредный был этот голосок для простой шизофрении.

– Кто, кто… совесть твоя! Давай-ка соберись, Саша! Не время расслабляться!

Саша с трудом открыла глаза.

– А-а-а-к-х-р, – прокряхтела она, тяжело приподнимаясь на локтях. Саше казалось, что она слышит, как хрустят суставы, как вытягиваются с треском сокращенные мышцы. Она попыталась сесть, но тут же ударилась и без того чугунной головой обо что-то твердое.

– Мать твою! – выругалась она, опускаясь обратно.

– Лежи, лежи, – успокаивающе произнес голос. – Просто не засыпай, иначе пропустишь станцию! Я ведь сказал тебе, где выходить?

– Равенсмор, – странное слово засело в голове, раскалывающейся как во время того единственного похмелья в жизни Саши. – Где я?

Вытянув руку вверх, она коснулась потолка. Он легонько вибрировал, как и поверхность, на которой она лежала. Кстати, поверхность была довольно мягкой и даже с подушкой. А еще с застиранной наволочкой, пахнущей хлоркой.

– Неужели не узнаешь? – голос невидимого собеседника словно ухмылялся.

С мучительным трудом перевернувшись на живот, Саша уставилась на надпись, которой никак не могло быть здесь, по ту сторону жизни.

“Аварийный выход. Окно не открывать!”

– Я что, в поезде что ли?! – она вновь села, но на этот раз аккуратно рассчитав расстояние до верхней полки.

– Ага. Сейчас мы в Немирье, – бодро пояснил голос. – Поэтому не выходи из купе и не смотри в окно. Бутылка с водой под твоей кроватью.

На ощупь найдя стоящую на полу пластиковую бутылку, Саша осушила ее в один заход. Жидкость разлилась по ее телу, наполняя каждую клеточку – казалось, лучшего ощущения в жизни просто не бывает!

– А почему в окно не смотреть? – вопреки предупреждению, Саша с болезненным любопытством прижалась к стеклу. – Там все равно ничего не видно.

За окном действительно была чернота, как самой темной ночью где-нибудь в Сибири.

– Ну-у, это пока.