Нет никого страшнее меня

Внимательно, – указала Адель, послушно перебравшись обратно на стол. – Ты видишь маяк?

Маша Хортон тряхнула головой, ловко сбивая очки с кончика носа на переносицу. Прищурилась. Иногда она напоминала дочери растрепанную сову: низенькую, глазастую, со всклокоченными волосами, почти как у Адель, только темными, словно вороново крыло.

– Ничего не вижу, – наконец заключила она. – Маяка быть не должно, зачем он в горах? Все, слезай!

– Вот и я о том же, – задумчиво сказала Ада. – Не должно. Но он есть, честное слово!

– Адель, я верю тебе, – во взгляде мамы промелькнуло что-то странное, незнакомое Аде.

 – Но так ли это важно?

В этот момент в дверь позвонили.

– Пицца пришла! – прокричал отец через две минуты.

***

Остаток дня прошел в семейном кругу. Дожидаясь появления телевизора («Подписка на Netflix и HBO уже включена, представляете?»), Адель с родителями разбирала вещи, расставляла по местам рамочки с фотографиями, расклеивала постеры в своей комнате. Отец и мать выглядели по-настоящему счастливыми: они так давно мечтали перебраться из этого бандитского Бруклина! Они улыбались и травили глупые шуточки, словно подростки.

Вот отец подошел и обнял маму за плечи – Адель смущенно отвернулась, словно эта близость обожгла ее, такую одинокую. Ада всегда чувствовала, что союз родителей буквально заключен где-то там, где птицы летают – настолько прочным он был. И она завидовала (хотя никогда не призналась бы), потому что не верила, что сможет создать с кем-то такую же нежную связь.

– А вот и он! – сказала Маша, когда Лиам внес в гостиную большую прямоугольную коробку.

Примерно на этом моменте волшебство стало сходить на нет. Аренда фильмов, настройка каналов, не до конца раскрывшийся попкорн – и родители, наконец устроившиеся на диване в обнимку с подушками.

– Я, наверное, пойду к себе, – сказала Ада, не испытывая особого желания пересматривать старые комедии, – Лягу пораньше.

– Вот и правильно, – махнула рукой мама. – Завтра важный день.

«Не напоминай», – выдохнула Ада, поднимаясь на второй этаж.

Комната ждала ее. Настроив ночник на неяркий медовый свет, Ада улеглась на кровать. Полистала ленту инстаграма, немного почитала.

«Ну как оно? Я так скучаю, дурында!» – сообщение от Родригез выпрыгнуло поверх текста.

«Тоска. Скучаю((» – написала в ответ Ада. Анна-Мария была ее единственной подругой, и девушки договорились списываться каждый день.

«Зато горы красивые.