Нет никого страшнее меня

– Это еще что? – на парте Адель лежала красивая белая роза, перевязанная алой ленточкой.

– Это тебе, – Калибан, которого она решила игнорировать, снова явился раньше.

– То есть, вначале ты меня обзываешь, а теперь даришь цветы? – язвительно спросила Адель.

– Прости меня, – Лекс смотрел на нее исподлобья. – Я очень сожалею о том, что сказал вчера.

Адель молча уселась рядом. Похоже, он действительно раскаивался: Адель видела, как Лекс нервно крутил карандаш в руках. Она коснулась цветка – и тут же отдернула руку.

– Дай посмотреть, – не дожидаясь ответа, Лекс взял ее руку в свою. Его ладони были горячими и шершавыми, а черная водолазка с длинным рукавом не позволяла рассмотреть те самые отметины на запястьях, которые Ада видела раньше. – Ну вот, я опять все испортил.

– Это ерунда, – Адель улыбнулась, видя замешательство на его лице, – Спасибо за розу, она очень красивая. Правда.

– Значит, мир? – Лекс улыбнулся, и Ада отметила, что улыбка ему очень шла.

– Мир, – ответила она, пожав его ладонь.

– Кхм, – раздалось над их головами. Рафаэль Клифт вместе с парой ребят из «дисциплинарного комитета» стоял возле их парты, не сводя черных глаз с Калибана. – Что это, можно узнать?

Его голос был спокоен, но Ада буквально кожей ощущала то напряжение, которое повисло между Рафом и Лексом.

– Он просто подарил мне цветок, что тут такого? – нахмурилась Адель. – Или твой комитет это запрещает?

И почему она вдруг встала на сторону Лекса? Явно было, что между этими двумя искрят молнии, вот только почему?

– Мой комитет призван наблюдать за тем, чтобы некоторые студенты вели себя, как подобает, – процедил Раф, сделав акцент на слове «студенты».

– Как видишь, ничего запрещенного не происходит, – расслабленно произнес Калибан, откидываясь на стуле. – Это просто цветок.

Рафаэль сжал зубы, но так и не нашел, к чему придраться.

– Пошли, – наконец сказал он своей свите.

***

После третьего урока Адель дождалась Ким с философии, чтобы вместе пойти на обед. Взглянув на розу, Ёсида фыркнула:

– Не ведись, он просто подлизывается.

На мгновение Аде показалось, что в ее голосе сквозит зависть.

– Конечно нет, – ответила Адель. – Не ведусь.

Столовая была битком набита голодными, галдящими учениками, поэтому, взяв свой обед, Ада и Ким поспешили на школьный двор, под облюбованную сосну.