Девушка с голодными глазами

Собственно, после развода в наших отношениях мало что изменилось, просто из них исчез досадный межполовой аспект – и нам обоим стало легче. Нам более не портило вечер унылое ожидание бессмысленного действа, именуемого «супружеский долг», – вяло склеенные рты, дежурные поглаживания, неуместный стон, сымитированный оргазм. Пожалуй, он стал мне еще ближе после развода – такое возможно только в тех случаях, если люди разбегаются по взаимному согласию.

Нам обоим не нужно было время, чтобы «пережить», «переболеть». Оба были настроены сразу же броситься в затягивающую топь новых отношений – только вот мне хотелось несерьезного флирта, а мой экс-супруг, как обычно, был настроен на любовь до гроба.

Иногда мы созванивались.

Естественно, он в конце концов узнал о моих неудачных чаяниях, благо, наши отношения давно подразумевали ту степень близости, при которой слово «целлюлит» произносится совершенно беззастенчиво.

– Какой бред, – искренне удивился Гениальный Громович. – Вер, твоя подруга интеллектуально ущербна.

Я всегда тебе это говорил.

– Знаю, что ты не любишь Нинон, – поморщилась я. – Она просто своеобразная. Но, согласись, рациональное зерно в ее словах есть.

– Ни за что не соглашусь. Наоборот, мне кажется, что ты выглядишь, как никогда, хорошо.

– Ты всегда мне льстил. Между прочим, это из-за тебя я так разжирела. Если бы мы не заказывали каждый вечер пиццу, если бы три раза в неделю не обедали в «Тарасе Бульбе», если бы ты не закармливал меня комплиментами…

– То сейчас тебе удалось бы соблазнить серфера, похожего на неандертальца? – насмешливо прищурился Громович.

 – Или стать очередной зарубкой на ножке кровати самого известного московского плейбоя? Может быть, оно и к лучшему, что с ними не вышло? От таких людей одни неприятности.

– Ты ничего не понимаешь! – с досадой воскликнула я. – Нинон говорит, что у меня завышенные требования. Что каждый человек должен понимать, на чье внимание он имеет право посягнуть, а на чье – нет. А мне нравятся только лакомые кусочки. Мужчины, за право быть с которыми конкурируют сотни девиц.

И я этой конкуренции не выдерживаю… Не по Сеньке шапка. И я должна либо переключиться на кого-нибудь попроще, либо стать… конкурентоспособной.

– Разве о женщине можно так сказать – «конкурентоспособная»? – поморщился Гениальный Громович. – Это же не баночка йогурта. Ты такая, какая есть. Милая, смешная, девчонка-праздник, девчонка-фейерверк, девчонка-моторчик.

– И девчонка-жирная-жопа, к сожалению, – добавила я.