Бывшая лучшего друга

Кир думал, что это начало отношений, Полина просто хотела отомстить. Не получилось. У обоих.

В Москву она уехала через день после выпускного, боясь Теклера, который не желал отпускать после случайного одного раза. Его пришлось заблокировать в соцсетях и кинуть номер в черный список – иначе спастись не получалась. Конечно, через одноклассников Кир мог выяснить, что она уехала в Москву, но в многомиллионной столице найти человека без единой зацепки не вышло бы. А все зацепки девушка предусмотрительно оборвала.

Полина открыла форточку, впустив в кухню свежий воздух, но едва ли он помог ей.

На душе было как-то тревожно, и она, оставив чашку полупустой, достала из навесного шкафчика пачку и зажигалку. Курить Поля начала уже здесь, когда потребовалось найти способ быстрой психологической разгрузки. Знала, что вредно, и обещала себе «как-нибудь на досуге» бросить, но при каждом приступе отчаяния вновь хваталась. На балконе в одном халате в октябре было крайне холодно, и понадобилось быть быстрой, словно Полина соревновалась с кем-то в скорости.

Последняя затяжка и вовсе не удалась, потому пришлось вернуться на кухню. Там разрывался трелью телефон, оставленный на обеденном столе.

– Ты что, дома сидишь? – проорала в трубку Олеся, подруга по учебе.

– А где я должна быть в десять вечера?

– В нашем баре, конечно. Сегодня суббота, ослик ты мой. Забыла?

Да, Поля забыла. В субботу Олеся планировала изливать душу, вливая в себя тонну коктейлей. Было чуть-чуть стыдно, что профукала назначенное время, но оправдываться уже поздно.

– Ты еще долго там?

– По, всего-то первый коктейль допиваю!

– К концу второго я точно подъеду, – объявила Полина, нажимая «отбой».

Полина собралась быстро, чуть подкрасилась, зацепила темно-рыжую гриву в неплотный пучок, царапнула лайнером по векам, прошлась по лицу широкой кистью с пудрой и зарисовала губы нюдовым карандашом.

В девятнадцать легко быть красивой именно по той причине, что тебе девятнадцать.

Не церемонясь, без стука вошла в комнату, где творилось любовное мракобесие, и сообщила, глядя в потолок:

– Я уехала.

Вернусь ночью. Скучать не будете, просто ставлю в известность.

Ей ответили дружным «угу», и она с облегчением захлопнула дверь.

В субботу вечером людей на улице и в метро было предостаточно, все стремились оттянуться и немного перевести дух между учебными или рабочими неделями. В баре, куда Поля успешно добралась через сорок пять минут после звонка подруги, тоже наблюдался аншлаг.