Падает снег

Где тот строгий преподаватель, который никому не нравится? Где тот улыбчивый и добродушный гость, которого я накормила? Где, наконец, тот бескомпромиссный ухажер, назначивший мне встречу сегодня днем? Передо мною прямо сейчас – опасный, что-то скрывающий, притягательный и властный мужчина. Которому со мной хорошо. Забрало снято и выброшено куда-то за спину. Передо мною Максим Викторович в своем естественном виде.

Андреев понял руку слишком резко, я даже вздрогнула и отпрянула, прижала голову к плечам: инстинкт требовал, чтобы я любым способом избежала удара, которого так и не последовало.

Погладив по голове, Андреев решительно провел пальцем по моей щеке и нижней губе. Взгляд его при этом стал совершенно нечитаемым.

– До встречи, – сухо произнес он, шевельнув одной бровью.

– Д-до свидания… – выдавила я, пятясь к двери и благословляя мироздание за то, что эта странная пытка кончилась.

Андреев ушел широким шагом, не оборачиваясь. Мною овладело полное непонимание происходящего. А еще – страх. Страх, что я снова подпускаю к себе не того человека. Который сделает мне больно. Когда – это лишь вопрос времени.

X. Сублимация

Я часто вижу страх в смотрящих на меня глазах.

Им суждено уснуть в моих стенах,

Застыть в моих мирах.

Но сердце от любви горит, моя душа болит.

И восковых фигур прекрасен вид —

Покой везде царит!

Король и Шут – Воспоминания о былой любви

– А! О, боже, о… Сильнее, пожалуйста, сильнее! – стонала и умоляла я, пряча раскрасневшееся от стыда лицо в подушку.

Андреев увеличил применяемую силу и сдавил до боли. До приятной боли. Я вскрикнула с таким придыханием, как будто ставила своей целью соблазнить его одним только голосом.

– Вера, ни один мужчина не способен сохранять спокойствие, слыша подобные крики, – продолжая безжалостно мять мою ступню, хладнокровно заметил Андреев.

– Тем не менее, Вы говорите это абсолютно спокойным голосом, – промычала я сквозь подушку и снова вскрикнула от сильного нажатия.

– Тебе кажется, – утешил Андреев, и я обрадовалась тому, что он сейчас не может видеть мое лицо. Потому что от его фразы я покраснела еще больше.

Мужчина принялся за вторую ногу. Его устраивало то, что я продолжаю обращаться к нему на Вы, хотя он без смущения зовет меня «ты». Понимает, что мне нужно время, чтобы привыкнуть к перемене.