Падает снег

Получится, что я ее обманывал.

– Ты и меня обманывал, – не удержалась я и отвернулась.

За спиной слышалось копошение. Птица, видимо, отложив ноутбук в сторону, поднялся, сходил к двери, плотнее закрыл ее и вернулся ко мне.

Когда он коснулся меня, по коже будто мороз прошелся. Пальцем по позвоночнику. Сверху – вниз. Медленно. Остановился у копчика и – в сторону, к бедру. Я вешала белье, делая вид, что не обращаю внимания на крупного ледяного жука на своей спине. Плевать, что может войти Вика и увидеть.

Это, в конце концов, уже будут не мои проблемы. Пусть сам решает. Чего я снова должна думать о нем и заботиться?

– Перестань. Мне противно, – я дернула плечом.

– Это неправда, – тихо сказал Птица. – Ты ведь все помнишь.

– Оставь меня в покое.

Он мягко взял меня за плечо и заставил повернуться.

– Прости меня.

– Нет, – не раздумывая, отказала я. – И вообще, отойди. Не место и не время выяснять отношения.

Отвернувшись, я принялась довешивать белье. С кухни слышались шипение сковородки и звон моющейся посуды.

Губы Птицы внезапно возникли на моей шее, холодные руки сомкнулись внизу живота. Я оперлась о сушилку, не понимая своих эмоций.

– Я видел тебя с другим мужчиной, – прошептал Птица. – Ты все еще с ним?

– Нет. Он ушел от меня.

– Идиот.

– Как и ты.

Я не люблю Птицу. Мне просто хотелось близости в тот момент. Суррогатной замены того, чего я лишилась, хотя бы ненадолго. Я повернулась и позволила ему себя поцеловать. В это мгновение в зал вошла Вика.

V. Треугольник

Оставив «влюбленных» наедине, я, поправляя одежду, к которой успел приложить руки Птица, ушла быстрым шагом и закрылась в своей комнате. Криков и пощечин слышно не было. Разумеется, я торжествовала. Я давно в глубине души мечтала расстроить эти несправедливый по отношению ко мне союз. Я давно хотела, чтобы произошло подобное, и Вике стало все известно, якобы случайно. А тут – такое!

Нет, я не желала Вике зла, скорее наоборот.

Я хотела, чтобы у Вики открылись глаза, а Птица получил по заслугам. Ведь он девчонку совсем не любит – развлекается. Не знаю, что там у них происходило после моего побега, но через полчаса ко мне в комнату постучали.

– Войди, – сказала я громко, внутренне приготовившись к скандалу, и тут же подумала, что это, по крайней мере, странно – начинать разборки с вежливого стука в дверь.

Вика медленно вошла. Красное лицо – пятнами, мокрые глаза, шмыгающий нос.