Забег на невидимые дистанции

Всего остального мира как будто не стало на то время, пока приятели исследовали пустое строение, сейчас именно оно было их миром, отрезанным от прочей реальности, в которой остались школа, родители, хлопья по утрам и сэндвичи на ланч, домашние обязанности и скучные уроки. Здесь же они чувствовали себя героями фильма «Мумия», бродящими с факелами по древней гробнице в ожидании, что кто-нибудь давно мертвый выскочит из-за угла. Ощущение сакральности происходящего так возросло, что даже болтать не хотелось, лишь перебрасываться краткими информативными фразами, как морские котики на операции.

– Ничего особенного.

– Идем на второй?

Несмотря на огромные, особенно по меркам ребенка, прорехи в ступенях, поднялись они без происшествий, а точнее сказать – взобрались, как на гору, помогая друг другу. Только девочка один раз зацепилась шнурками за металлический прут, но, сильно дернув ногой и едва не потеряв равновесие, высвободила ступню и полезла дальше как ни в чем не бывало.

На втором этаже, по планировке идентичном первому, витала совсем иная атмосфера, будто здесь-то как раз и начинались приключения, повыше от земли. Пахло сыростью, мокрой древесиной и, как показалось мальчику, смутной угрозой, чем-то еще не оформленным, но уже гнетущим. Похожие ощущения он испытывал, если доводилось идти мимо кладбища в темное время суток, а еще когда воочию наблюдал настоящий смерч в поездке с родителями глубже на Восточное побережье: пустота, притупленный страх, некая заторможенность движений и реакций.

Мальчик взглянул на свою отчаянную напарницу, но она, как ему показалось, подобного не испытывает либо тщательно маскирует, причем первый вариант был более вероятен.

Ветер вел себя здесь значительно резче и громче, подвывая в углах, перекатывал мусор, создавая из него маленькие неустойчивые воронки, свистел между торчащими на добрый локоть штырями арматуры, зловеще ожидающих нанизывания, словно ржавые шампура, облизывал осыпающийся серой штукатуркой потолок.

Изучив грозди битого стекла у оконного проема (ничего интересного в уже разбитом стекле не оказалось, а вот если бы они сами могли его разбить – это совсем другое дело), они двинулись дальше и вскоре оказались в самом большом помещении, в центре которого исполинской стопкой лежали друг на друге листы металла, изглоданные коррозией только с одного края, что был ближе к ряду высоких не застекленных окон.