Свод

– Он отдыхает, джентльмены, – мягко произнесла Мери и тут же продолжила тверже: – Я его дочь, Мериан Шеллоу Райдер, и в отсутствие отца я весьма неплохо справляюсь с его делами.

Мужчины коротко переглянулись.

– Нам бы хотелось, – сдержанно произнес тот, кто назвался Джонатаном Эдвансом, – поговорить с мужчинами. Возможно, у мистера Шеллоу Райдера есть сын или управляющий?

– Нет, джентльмены, – окончательно оправившись от испуга, твердо и с легкой насмешкой ответила Мери, – я сейчас его управляющий.

Сын мистера Уилфрида пропал около двадцати лет назад, так что или вы скажете, что вам угодно, или я позову Генри!

Эдванс улыбнулся и весело посмотрел в сторону своего спутника. «Смотрите-ка, Эдвард, – читалось в его глазах, – тут еще есть и какой-то Генри…»

Едва только Джонатан собрался неаккуратно пошутить об этом воображаемом персонаже, как открылась дверь и в комнату вошел белый от муки детина деревенского склада, крепкий и подвижный.

Опытный глаз Джонатана сразу смекнул, что этот Генри не так уж прост.

Чего только стоил его колючий, пронизывающий взгляд. Эдванс даже чуть слышно причмокнул. Такие же лихие молодцы одним ударом молота в лоб убивают быков на лондонских рынках и берут за это по целому шиллингу. Справедливости ради нужно сказать, что даже при такой высокой оплате без работы эти ребята никогда не остаются.

Подойдя к торговому окну, Генри оперся мозолистыми, набитыми костяшками кулаков в широкий дубовый подоконник и уставился наглым вызывающим взглядом в лица пришлых:

– В чем дело, Мери? Эти джентльмены доставляют тебе беспокойство?

Мериан и джентльмены молчали.

– Что ж, – видя непонятное замешательство, продолжил Генри, – я думаю, в таком случае мне лучше присутствовать при вашей беседе. Вдруг кто-нибудь из этих господ еще решит тебя обидеть. Хозяин не простит мне этого, а я не хочу остаться без работы.

Усердно отрабатывающий таким образом свой заработок Генри спокойно отошел к стене и, демонстративно сложив на груди мускулистые руки, застыл возле нее, словно мифический Титан, подпирающий головой небо.

Мериан смотрела на чужаков, не решаясь что-либо сказать. Пришел черед Эдванса проявить дипломатию. Он догадался, что этот работяга – судя по всему, завсегдатай уличных потасовок – скорее погибнет, чем позволит себе уступить.

«А может, ? размышлял в это время Эдванс, – для того, чтобы поставить этого деревенщину на место, немного помахать саблей?..