Жена для генерального

 – К этому клиенту поедешь как девочка. Хватит уже «беременные» куртки таскать. И сапоги наденешь! На каблуках! Он мужик видный. Со своей оранжереей. Договоришься о цветах, потом, может, он тебя еще на что уговорит.

– Теть Ларис! – Так и хотелось хлопнуть себя ладонью по лбу.

– Ты мне не тетькайся! Саньке вон уже семь месяцев. Скоро про папку спрашивать начнет. К этому времени нужно успеть. Да и сиськи пока не сдулись. С такой красотой даже глазки строить не надо. Любой нормальный мужик сам охомутается и сердце с почками отдаст.

– Сердце и руку, – смеясь, поправила я.

– Аглаша! – тетка важно уперла кулаки в бока и подняла брови. – Поверь моему опыту. Четыре брака – это тебе не хухры-мухры. Руки они за второй размер отдают. А за твой третий, стремящийся к четвертому, – все потроха с бумажником. И перед дочкой твоей плясать будут.

Если бы это был наш первый разговор, я бы обязательно стала спорить. Но за последние три месяца, как начала помогать тетке с ее цветочными магазинами, она уже столько раз устраивала мне случайные встречи и деловые переговоры с потенциальными отцами Саше, что мозоль на языке натерлась от споров.

– Хорошо, будет предлагать почки, обязательно спрошу и про бумажник, – отшутилась я, забрав пальто.

– Вот, умнеешь на глазах! – Тетка вернулась к своему чаю. – Только такси не вызывай. К Платонову тебя Зоя Фёдоровна свозит. Возле усадьбы этого цветочного барона сплошные поля, а ей волкодава своего выгулять нужно.

Вот теперь я все же хлопнула себя по лбу.

– Аглаш, я ее на ставку к себе в фирму взяла. Будет с тобой везде кататься. Ну а Берти ее… Хоть какой-никакой, а мужик в нашем бабском батальоне, – тетка тяжело вздохнула. – С собаками оно, мне кажется, даже лучше, чем с мужиками… Обидит кто – он полжопы за раз откусит. И «фас» командовать не надо. А мужика пока убедишь, что тебе больно сделали, пока наплачешься… Ай!

Наверное, нужно было улыбнуться.

Год назад я бы дорого заплатила за такого Берти. Чтобы он за мое разбитое сердце откусил у одного питерского босса хотя бы кусок упругой филейной части. Чтобы хоть так заставить его пострадать. Но ни тетки, ни Берти, ни бойкой соседки у меня тогда не было.