Я тебя забуду

Послушно выхожу из машины и бреду за ним по узкой дорожке к крыльцу.

В просторной гостиной меня тоже не отпускает. Одна часть мозга помнит, что нужно дождаться звонка от следователя, а заодно связаться с Витей, соседом по общежитию. Другая часть… дико хочется списать все ее сигналы на стресс, только со стрессом я давно на «ты». Это не он, а что-то другое.

Что именно – боюсь и представить, слишком необычные симптомы. Подушечки пальцев покалывает от каждого прикосновения к дивану или столику. Взгляд скользит по всему, кроме хозяина дома.

А отбитая попа ноющей болью так и подсказывает: «Осторожно! Не нужно оно тебе!»

Не знаю, как бы протянула два часа. К счастью, следователь звонит через пятнадцать минут после нашего приезда.

Всего разговора не слышу, но судя по вопросам Шаталова – «Значит, всё в порядке?», «Теперь один Рогов?» – с кротом мне сегодня везет. Его нет.

Встаю тут же, как по команде:

– Я могу идти?

В ответ по плану должно прозвучать что-то вроде «Свободна» или «Не попадайся больше».

Прощаются же как-то люди. Даже незнакомые. Только Шаталову, кажется, совсем на меня начхать.

Ничего не говоря, никого не смущаясь, он расстегивает рубашку. Идет куда-то в сторону коридора. И лишь когда скрывается из виду, доносится ленивое: «Дверь за собой закрой. Провожать не буду».

Наверное, это тоже удача. Такая вот корявая, как моя сегодняшняя судьба. Похоже, на небесах кто-то здорово расстарался, чтобы всего за несколько часов вытянуть из меня все силы и вытрепать нервы. Но дополнительно искушать фортуну заминкой в этом доме не рискую.

Как и было приказано, выхожу на улицу. Хлопаю дверью. Погромче, от всей души. И, словно после экзамена по анатомии, который в прошлом году чуть не стоил мне здоровья, медленно бреду к дороге.

Шаг за шагом. Зевок за зевком. Волокусь как улитка в сторону чего-то, похожего на автобусную остановку.

По-хорошему, нужно взбодриться и вызвать машину. Однако даже телефон из сумочки достать лень.

Что это было ошибкой, понимаю спустя… не знаю сколько минут.

На улице уже не просто темно, а хоть глаз выколи. Щека, которой я все это время опиралась на металлический каркас остановки, горит огнем. Тело колотит. Только не от волнения – от самого настоящего холода.

Этого достаточно, чтобы разрыдаться. Но добивает меня не холод, а телефон.

Несколько минут ищу его в сумочке. В конце концов, вытряхиваю ее содержимое прямо на скамейку. Подрагивающими пальцами на ощупь складываю каждую вещь назад.