Расскажи мне…

Нешуточное давление со стороны представителя власти окончательно ввело в тупик добродушного, пьяного человека, никогда не рисковавшего вступать в споры со статьями уголовного кодекса, но! Прошла еще четверть часа и Викентий уже сам начал серьезно сомневаться, а достаточно ли чистым было его пролетарское прошлое?

Ситуация накалилась до предела. Дошло до того, что после вызова дежурного приезжала дежурная машина из центра. Привозили какого-то сторожа, пытавшегося опознать в завернутом в простыню Вене того, кто пил с ним вино, а потом укатил в неизвестном направлении на складском велосипеде.

Дело двигалось к полуночи, а молчаливый и угрюмый «неизвестный» никак не желал ни в чем сознаваться. Одному богу известно, во что бы все это вылилось к утру, пока в ситуацию не вмешался фельдшер. Старому доктору уже до чертиков надоели эти расспросы у самой двери его кабинета.

– А где ты живешь, дорогой товарищ?

В глазах услышавшего миролюбивый голос Викентия появился испуг. Он, повернувшись вполоборота, встретился взглядом с добрым лицом фельдшера и, дрожащим от негодования голосом, ответил:

– На Набережной…

– М! – Оживился доктор. – А телефон дома есть?

– У нас нету, – отчего-то виновато произнес Веник, – но у соседей есть…, – и назвал номер.

Дежурный тот час набрал заветные цифры. Сонный голос на том конце провода, услышав о том, что беспокоят его из милиции, моментально взбодрился и за несколько секунд дал исчерпывающую информацию о том, что сам он, де, не пьет, и никогда не имел никаких трений с законом, а вот сосед, о котором его спрашивают милиционеры, случается, выпивает. Звать человека, проживающего в тридцать пятой квартире Веня, а фамилия у него на самом деле Кочерга.

Вскоре удивительно законопослушный сосед Викентия, долго выговаривая что-то старшему лейтенанту в трубку, сбегал через коридор к соседям домой и позвал к телефону жену Викентия…

На том все и кончилось. Уже через полтора часа супружеская чета по фамилии Кочерга, овеваемая прохладным ночным ветром, медленно брела домой по пустынным улицам города. Странное дело. Неприятности прошедшего вечера их совершенно не беспокоили.