Продолжай стонать

Уж не знаю, сколько идиотов с чемоданами Никита повидал на своем веку, но вместо «привет» или «как дела» он со вздохом произнес другое:

– Выгнала?

Если до этого я еще пребывал в спасительном шоке, то после «приветствия» лучшего друга свет в конце туннеля вдруг потух, и резко захотелось подровнять своей головой ближайшую стену.

– Отправила. – Сглотнул. – В командировку.

– Ну если ко мне, то это в далекую… И надолго.

– Без обратного билета.

– Мда… Это попандос. Но заходи, раз пришел.

С сочувствующим видом Лаевский похлопал меня по плечу и коротким кивком пригласил войти.

Начавшийся спустя несколько минут кухонный разговор напоминал обмен информацией двух шпионов.

Жена Никиты оставила нас наедине, дети не заглядывали – шифроваться не от кого, но многое слишком хорошо было понятно и с полувзгляда.

– Значит, даже не выслушала? – Забрав пустую тарелку, Никита подложил мне пюре.

– Обещала штаны бомжам выбросить. – Я с тоской глянул на свои чемоданы. Жена Лаевского зачем-то умудрилась вкатить их в кухню, и теперь они с немым укором пялились именными бирками в мою сторону.

– Суровая!

– Элитная порода!

– И без телесных повреждений вроде обошелся…

Друг внимательным взглядом окинул мое лицо, шею и руки.

– Крестница твоя в свидетелях была. И няня.

– Ну да, при детях и пожилых нельзя.

– Вот и выжил.

– Так надо было благоверную в спальню тянуть, и пусть бы убивала себе на радость. Это точно приятнее бракоразводного процесса, да и лечиться дешевле, чем делить имущество.

– Не учи ученого. – На миг я вспомнил свой прежний развод, дорогой и долгий. Настоящий день воспоминаний. Подсознание словно подсказывало – психику готовило.

– Учёный сейчас уже решил бы все свои проблемы и ел котлеты, – Никита поближе пододвинул мне сковороду с ароматными мясными колобками, – вот такие!

– Ел бы… Меня дальше порога не пустили.

Ужинать резко расхотелось, и никакой аромат не мог вернуть аппетит.

– Ну да! Подготовка на высоте.

– А должен был быть отпуск, пляж и песок.

– А ты сам хоть уверен, что у нее есть причина? – Лаевский тоже отложил вилку.

– Причина…

Уже в который раз за день я попытался вспомнить хоть что-то о прошедшей ночи, но в этом память молчала.

Ни порно в моем исполнении с Юлей.