Малыш от генерального

Нашла сериал с симпатичным актёром, ради улыбки которого можно было вытерпеть весь бред, который говорили его губы… но мое везение на улыбке и закончилось.

Ещё перед самым просмотром зазвонил телефон. Жалобно так, долго. И мама с упреком в голосе сообщила, что бабушке утром снова стало плохо.

* * *

Больше всего в своей работе в «А-групп» я любила ненормированный график. С ним у меня всегда была причина отказаться от внезапного семейного чаепития, раздачи осенних кабачков и джемов маминого производства.

Дамир Закиевич редко просил меня что-то делать в выходные или по вечерам.

Но для всех я была на телефоне, занята очередным срочным отчетом или просто «работница тирана».

За босса было немного стыдно. Ему, в отличие от брата, этот образ не подходил совсем, но моя безлимитная вольная от всего, что труднее работы, того стоила.

Жаль, не в этот раз.

Мама встретила меня у порога. Как всегда, в переднике, с одной рукой в муке и с улыбкой на лице.

– Явилась звезда наша! – распахнула она дверь.

 – Пока ты ехала, бабушку отпустило, и она ушла к соседке музицировать. Опять будут из внука Моцарта делать.

– Ясно.

«Явилась» и «звезду» я пропустила мимо ушей. За десять лет, как начала жить отдельно, привыкла. За бабушку почувствовала облегчение. Последний раз «стало плохо» закончилось поездкой в больницу и двухнедельным стационаром.

– А у вас все хорошо? – Я протянула пакет с фруктами и любимыми бабушкой чешскими вафлями.

– У нас кроме бедовой дочери проблем нет. Бог миловал.

А дочь перевоспитывать уже поздно.

Как ни горько, но это тоже было привычно.

– Мам, давай не будем. Расскажи лучше, как у тебя дела на работе? Премию к отпуску дадут или опять грозят сокращением?

Я прошла за мамой в гостиную. Заглянула в спальню, чтобы получить свой традиционный приветственный кивок от увлеченного футбольным матчем папы. И оказалась на кухне.

– Тебе бы только о работе и говорить.

– Мам, неправда.

Форточка была открыта, но кислорода мне почему-то не хватало.

Чтобы не упасть от головокружения, пришлось даже сесть на стул.

– А что правда? У тебя ведь все не как у людей. Вместо личной жизни – карьера. Вместо мужика – ребёнок из пробирки.

– Ты ради этого меня вызвала?

Вопрос, наверное, можно было не задавать. С бабушкой все в порядке, у родителей, судя по беззаботному лицу папы, тоже. Проблема была лишь во мне. Как обычно.

– Можно подумать, ты бы приехала просто так, проведать родителей.

– Я бываю у вас часто.