Бэтмен. Рыцарь Аркхема

 – Бэтмен схватил ее за руку, выдернул из лифта, затем защелкнул на ее запястье наручники. – Ты пойдешь со мной.

Ядовитый Плющ улыбнулась и надула губы.

– Тебе достаточно было просто попросить.

Пугало не был счастлив.

Когда он еще был известным психологом, доктором Джонатаном Крейном, его работа заключалась в том, чтобы помогать людям избавляться от их самых сокровенных страхов. Крейн справедливо полагал, что страх мешает людям полностью реализовать свой потенциал, поэтому, минимизировав эти темные ужасы, индивид способен достичь покоя.

Крейн исследовал страхи годами. Откуда они берутся, как они проявляют себя, становятся сильнее, и, наконец, когда он узнал все, что, по его мнению, ему нужно было знать, Крейн начал свои эксперименты по избавлению от страхов.

Со временем он пришел к выводу, что для победы над одним страхом нужно создать и привить страх-заменитель. Пожарные боролись с пожарами, создавая стену огня, призванную помешать распространиться более крупному пожару. Доктора боролись со множеством заболеваний путем инфицирования пациентов небольшими дозами заразы для выработки антител, необходимых для сопротивления основной инфекции.

Крейн верил, что если выработает меньший, легче управляемый страх, то он сможет избавиться от всепоглощающих ужасов, довлеющих над его пациентами.

И это сработало.

Он заменил никтофобию, паническую боязнь ночи и темноты, страх, который каждый день с заходом солнца захватывал жизни многих его пациентов, гидрофобофобией, весьма рациональным страхом стать водобоязненным.

Он заменял арахнофобию, боязнь пауков, сифилофобией, легко предотвратимым страхом подхватить сифилис.

Тысячи различных видов страха можно было заменить тысячами куда более легких разновидностей, которые с куда меньшей вероятностью могли помешать человеку вести нормальную жизнь. Крейн понял, что человеку куда проще избежать ситуаций, генерирующих таурофобию, боязнь быков, чем селенофобию, боязнь луны.

Но с каждым своим успехом Крейн все больше начинал наслаждаться практически божественной способностью проникать в разум своего пациента, подчинять его своей воле и практически с нуля перестраивать его механизмы реагирования, по сути изменяя то, как человек воспринимает весь мир вокруг себя.

Ему нравилось наблюдать за тем, как пациенты реагировали на свои новые фобии, и со временем он начал верить, что люди заслужили все те страхи, которые пытались побороть. В конце концов, будь они хорошими людьми, им не нужно было бы бояться.