Посох Времени

Такое уничтожение негодяев, в том числе и язычников, в Риме было делом обычным, но тогда получается, что епископы, сжигая еретиков-огнепоклонников, приносят жертвы чужим богам? «Коль расены через сожжение хоронят мертвых и приносят жертвы, то все, погибшие на кострах инквизиции, прямиком попадают в их Свещенный вирий… то есть в рай?»

«Вот так хитрецы, – изумился своей догадке Ангус, – а их еще считают простодушными. Да ведь они так обводят вокруг пальца самого Папу. Но со стариной Берцо это не пройдет. Жертвы не жертвы, а свой кусок золота я у вас из глотки вырву».

Торговец, словно гусь, вытянул шею и стал смотреть дальше. Йогиня, бросив к каменной стене очередную охапку хвороста, подошла к коню, сняла с седла дорожную суму и, перебросив ее через плечо, хлопнула своего скакуна по лоснящемуся крупу. Вороной вздрогнул, мотнул головой и послушно затрусил прочь, в заросли, а женщина направилась назад к стене.

Ромеям не было видно, что она там делала, но вдруг камень под ними загудел и с тихим скрежетом выпустил из своего гладкого тела широкой ровный помост.

На плоской полированной поверхности, насколько позволял видеть край стены, были выдолблены два широких углубления. Йогиня достала из сумы пучки сушеных трав и уложила в одно из них. Затем она подошла к мальчику, взяла его за руку и, подведя к помосту, аккуратно усадила его во вторую выемку.

Расенка сделала два шага назад, подняла руки к небесам, и лежавшие рядом с мальчиком сушеные травы и цветы вспыхнули золотистым, неведомо откуда взявшимся огнем. Она громко славила бога Рода и просила у него помощи, чтобы он помог сохранить идущее к нему чадо, «аки малую ветвь, оставшуюся от большого древа его пращуров».

В этот момент вспыхнул сложенный у стены хворост. Жаркое пламя с нарастающим треском взметнулось к темнеющим небесам! Берцо прикрылся ладонью и не без труда отыскал взглядом в пляшущих сполохах силуэт женщины. Она стояла на прежнем месте и с улыбкой смотрела вниз, в некую точку у основания стены. Он потянулся вперед и попробовал проследить ее взгляд.

Объятый пламенем каменный помост, на котором находился ребенок, начал двигаться назад в стену.