Ящик с проклятием

Музыка и скрежет колёс наполняли голову звуками, «ослепляли» здоровое ухо, а он не хотел попасть впросак, если Дэниелс его правда где-то поджидает.

Вдобавок теперь, на улице, не на шутку разнылся зуб.

Сеп посмотрел на небо. Облака были слишком густыми и заслоняли звёзды, не говоря уже о комете. Всё-таки интересно, не она ли наполняла его голову космической агонией?

Уличные фонари на материке сияли, словно разбросанные по тёмному бархату драгоценности. Сепу хотелось в колледж, на свободу, и дурацкий пункт в заявлении, эта… чушь собачья, не сможет ему помешать.

Он свернул на узкую полоску пляжа, подальше от главной улицы и обычных промысловых мест Дэниелса, с каждым шагом всё глубже уходя в собственное сознание.

Желчь разлилась в животе.

Остальные так запросто явились к нему, расселись в его магазине, стали упрекать – в чём? В своей глупой паранойе? Надо завтра найти Аркла, пусть передаст им, чтобы шли подальше, – пусть сами за привидениями гоняются, раз делать нечего.

Сеп миновал небольшие червячные компостеры, что походили на связки спагетти, разбросанные среди торчащих рёбер старого прибоя.

Соль медленно с шипением сползала по скалам, залив полнился звоном качающихся снастей на мачтах, песок отливал серебром, по мере того как земля постепенно отворачивала свой лик от солнца.

Сеп вспомнил свою мать – как мало она ест, как спит в кресле, какая у неё серая восковая кожа. В прошлый раз мама так выглядела, когда лечилась на материке. Образы застучали по мозгу, как градины по железной крыше.

Сеп тряхнул головой и покрутил поролон на наушниках.

Он подумал о ящике для жертвоприношений, как похоронил внутри свои угрызения совести. Столько лет прошло, но стоило Лэмб произнести заветные слова, как живо вспыхнули яркие воспоминания, накатили те же эмоции.

– Нет, – вслух сказал Сеп. – Она больше не заболеет. Больше нет.

Внезапно запульсировал зуб, боль прокатилась через всю голову к глухому уху. Запах сырости и земли тревожил память, как подошвы обуви – дорожную пыль.

Сеп принюхался.

Вдруг камень подле его ноги зашевелился.

Сеп отшатнулся и навзничь упал в ручей. Джинсы мгновенно промокли. Краб, похожий на валун с острыми конечностями и шипастой кожей, медленно развернулся; его жвала вращались, он балансировал на кончиках огромных ног, предупреждающе выставив вперёд клешни.

Сеп застыл.

Откуда краб тут взялся? Сейчас лето, слишком жарко. Это зимой они копошатся тут, точно крысы, а летом им положено держаться под водой.