Дай мне руку, брат

Водитель, упитанный, молодой перс, с нескрываемым интересом рассматривал практически голое, в ошметках высыхающей грязи и остатках рубашки человекообразное существо, которое привели к машине уважаемый Хосров-мирза и его пожилой, странный спутник в теплой, темной одежде. Дочь Почтенного Учителя напротив, не желая смотреть на пленника, сидела рядом, уткнувшись лицом в косынку.

Жрец Храма Митры был просто оглушен происходящим:

– Гула, доченька, выйди, посмотри! Это чудо…

– Пусть хоть запахнется, отец. Разве можно мне на такое смотреть?

– Ах, да, – опомнился мирза, пребывающий в состоянии полного восхищения и совершенно упустивший факт наготы освобожденного.

Он достал из кузова дырявый полог и набросил его на плечи бывшего узника. – Спроси его, …спроси их, что нам дальше делать?

Гула вышла из машины и открыла заднюю дверь:

– Отец, я и без вопросов знаю, что нам следует убраться отсюда как можно дальше. Нас никто не должен видеть. Да и границу надо пересечь до того, как солнце сядет…

В полдень, пошарпанный «Хаммер» представителя американского командования Гая Радисилла отъехал от тюрьмы «Абу-Грейб».

Его сопровождал взвод моторизированных стрелков. Полковник взял трубку спутникового телефона и набрал номер:

– Да…, – ответили ему на том конце.

– Докладываю, – деревянным голосом выдохнул военный, – я вчера угробил целый день на выяснение причин «нашего» чрезвычайного происшествия. Не поручусь, что не везу на базу вшей, генерал. Скажите, вы мне полностью доверяете?

– Что вы такое говорите, полковник? – трубка злобно зашипела помехами.

 – Я не вижу никого другого, чтобы смог потянуть эту миссию. Что там произошло, подкоп?

– Ну что вы, – рассмеялся такому предположению Радисилл, – оттуда и копать уже дальше некуда, это же ад. В общем ситуация непростая. Само собой, ни мои угрозы, ни посулы ничего не дали. Думаю, что и освобождения его и через подкуп не могло там случиться. К слову сказать, солдаты в караулах совсем от рук отбились, дисциплина ни к черту, так что, скорее всего, простая халатность.

Постоялец был важный, но не наш. В общем, случилась эдакая прогоревшая платная услуга. Кто за него нам платил неизвестно, канал закрыт. Вот пусть тогда и разбираются те, кто проводил его «оформление».

– Гай, – понизил голос генерал, – мы с тобой в связке достаточно давно. Ты сам прекрасно понимаешь, что той информацией, которую ты мне сейчас предоставил, мы не закроем «дыру» в стене «Абу-Грейб» через которую дал деру этот русский.