Мозаика историй

Но сегодня вечером мы пьём на закате шампанское и ты должна это увидеть.

Да что же это такое!

Я бегу за ним, как послушная девочка. Слушаюсь и прислушиваюсь. К голосам, к биению сердца, к мелькнувшей тени, к несуществующим шорохам и шагам. Интересно, он откуда сюда пришел? Мне приходят в голову эти любимые образы Сент-Экзюпери – Маленький принц, капризная Роза…

Или же это приснилось… Ну, чего не увидишь в пустыне… Ах, все миражи…

Мы расстаёмся где-то на окраине мира. Он провожает до границы с Боливией.

Алехандро отдаёт паспорт после пограничных формальностей. И вдруг становится так бесконечно грустно и больно – прощание тягостная штука. Знаю, что больше сюда не вернусь и не встречусь с ним.

Никто больше не скажет:

– Ты видишь, звезды отсюда другие, ярче и живее, чем через телескоп. Запомни это.

– Есть мысли, которые ты боишься произнести вслух… а здесь ты можешь это сделать.

– Почему ты здесь? Куда же ты идёшь?

И мне так важно знать, что где-то там, в фантастическом мире живет этот странник пустыни по имени Алехандро. Тот, кто хотел, чтобы я услышала и поняла пустыню, как он сам.

Только я не знала тогда, что можно просто идти рядом и быть другом.

Стэфа

Надия Маркова

Мы звали ее Стэфа. Цыганка сербского происхождения Стэфания – постоянная посетительница магазина тканей, в котором я работала после школы.

Две черные, с проседью и вплетенными монетками, косы вдоль лица под цветастым платком. Золотые серьги кольцами, позвякивание мониста, шуршание каскада разноцветных юбок. Терпкий запах табака и жасмина.

В магазине работали женщины, как и везде не очень счастливые, с нелегкой судьбой, одинокие. Стэфа всегда была желанной гостьей. Она уединялась с одной из работниц в подсобке и через время та выходила разрумяненная с глазами, сияющими надеждой.

Цыганка всегда смотрела в корень, лапшу не вешала, говорила коротко, но по существу. Стоило гадание 3 рубля.

Поговаривали, что она не только гадает по руке и по картам, но еще обладает умением предотвратить что-то неладное, если увидит.

Я была новенькая, Стэфу побаивалась, особенно ее черных горячих как угли пронзительных глаз. Да и вопросов у меня в мои 17 лет еще не накопилось. Но обслуживать ее мне было в радость.