Игры скорпионов

Долли пожалела, что придётся оставить Лиса дома. Ну да ничего, зато она сядет в одну коляску с Лизой и по дороге сможет поговорить с сестрой. Как только тётка в окружении своих подопечных вышла на крыльцо, Долли сразу вмешалась и рассадила всех так, как запланировала: Марью Ивановну, обеих внучек барона и Ольгу – в первый экипаж, а Лизу – во второй. Потом сама села с ней рядом.

– Почему ты сегодня так грустна? – нежно погладив руку сестры, спросила Долли.

– Нет, тебе показалось, – подозрительно быстро отозвалась Лиза.

– Я знаю тебя слишком хорошо, поэтому вижу больше, чем остальные, придётся тебе рассказать мне правду. – Долли смягчила жёсткость своих слов улыбкой, но тем не менее отступать не собиралась.

С горечью вздохнув, Лиза призналась:

– Понимаешь, мне верят лишь те, кто младше меня, а взрослые не принимают меня всерьез.

– Я вчера поверила. – Долли даже не поняла, как у неё вырвалась эта фраза, но, увидев просиявшее лицо сестры, вдруг поняла, что совсем не кривила душой. Сказанное было чистой правдой.

Глава восьмая. Праздник в Троицком

Когда правда о себе самом так унизительна, что не грех спрятать её за семью печатями, поневоле приходится выдумывать новую биографию. У Островского не было ни малейших сомнений относительно того, как он поступит. Естественно, что о своём прошлом умолчит, а если понадобится, то и соврёт что-нибудь «поблагороднее».

План, придуманный Лаврентием для сегодняшнего праздника, состоял из нескольких частей: в первую входило знакомство с местными помещиками, во вторую – обольщение барона Тальзита и опекунши княжон Черкасских, и только потом он собирался заняться самой Долли.

Островский придирчиво осмотрел в зеркале свой длинный, в талию, сюртук и остался доволен. Наряд казался безупречным.

– Слушаю внимательно, восхищаюсь искренне, льщу безбожно. – Лаврентий подмигнул своему отражению. Двойник в зеркале снял невидимую пушинку с серого лацкана и обольстительно улыбнулся.

Пути до Троицкого оставалось минут сорок, а Островский не хотел являться рано, поэтому пустил коня неспешной рысью. Мысли его сразу же свернули на проторенную дорожку – размышления о предполагаемой невесте. Девушка была волнующе красива, но, похоже, по молодости лет ещё не понимала этого, а раз так, то и нос задирать не станет. Интересно, много ли желающих получить её руку?

Пронизанный солнцем тёплый октябрьский день очаровал Островского.