Америка на мою голову

Аня громко рассмеялась:

– Она у меня молодая и современная мама!

Женя хихикнула и отмахнулась от дочки рукой:

– Да ну тебя! Вот будешь в моём возрасте, тогда посмотрим, как тебе все «выкать» будут и по отчеству звать… Мне всего тридцать восемь! А мои биологические часы вообще показывают «двадцать лет», не больше!

– Вы очень красивая! – ляпнула я первое, что пришло на ум.

Женя тут же расцвела на глазах, мелодично рассмеялась и послала мне воздушный поцелуй:

– А ты мне нравишься!

Затем по-доброму «зыркнула» на дочь, ткнула в неё красным ноготком и поучительно воскликнула: «Бери пример!».

Аня легонько ущипнула меня за бок: "Подлиза!" – и показала мне язык.

Я ответила тем же.

– Ну что? Куда едем, девчонки? – спросила Женя, заводя двигатель.

Я продиктовала свой адрес. Но Аня решила сменить курс:

– А может к нам домой, Люсь? Мы бы тебя вечером отвезли…

Идея хорошая, но не вовремя маленько.

– Я бы с удовольствием! Но не сегодня.

– Почему? – в один голос прямо в лоб спросили рыжие и бесстыжие.

– Папа контролирует каждое моё движение… Он меня сверх опекает. Ни за что не поверит, если я позвоню и скажу, что у подруги. Пока не увидит меня воочию и не убедится, что я не пьяна и не обкурена – ни шагу из дома.

И завидев вытянувшиеся лица женщин, поспешила объяснить:

– Наслушался всяких историй как подростки в Америке развлекаются…а я у него такая «наивная дурочка»… – изобразила я голос отца.

Аня с мамой прыснули со смеху.

Согласна! Тут либо плакать, либо ржать!

– Ну тогда не будем заставлять нервничать твоего папу! В следующий раз ждём тебя в гости! А сейчас поехали! – авторитетно сказала Женя и мы тронулись с места.

* * *

Домой меня довезли в целости и сохранности. Безумные «морковки» пришлись мне по душе.

Папа развалился на диване в гостиной и что-то печатал на своём ноутбуке, который лежал у него на коленях. Я подбежала к нему и чмокнула в щёку:

– Папуля, привет!

Отец отложил "умный прибор" в сторону и вытянул руки вперёд, приглашая меня пообниматься.

Я тут же оказалась прижатой к его боку.

– Ты чего такая счастливая, маленькая?

В ответ я лишь загадочно улыбнулась.

Папа свёл брови к переносице и его глаза потемнели:

– Мне уже готовить биту?

– Не ревнуй! Ты пока мой единственный мужчина в жизни! – похлопала по коленке родителя, собираясь выскользнуть из-под его напряжённой руки, но не тут-то было.

– Что значит пока? – потрясённо проревел отец.