Одна в толпе

– Астахов, – испытывал нетерпение незнакомец, смотря на меня убийственным взглядом.

Ой, как здорово. Сосед, скотина, забыл предупредить, что существует вероятность, что меня могут и прихлопнуть, как свидетеля.

Хотя подождите-ка… Теперь понятно, почему лживая морда несколько раз предупредил, чтобы я никому не говорила, что он живёт в этой квартире.

Ёшкин дрын!

Чтоб тебя, Астахов, вантузом обсосало!

Наслал на меня бандюгу небритого, а сам развлекается где-то.

Чего делать-то? Сдавать козлину соседскую или биться до конца?

Уф-ф-ф, надеюсь, мне засчитается к карме это глупое-преглупое, но всё-таки доброе дело.

– Не знаю никакого Леонида Астахова, – подавившись враньём, сказала я. – Как вы сюда попали?

– Не знаешь… – повторил мужчина, и от скользнувшей злости в его глазах у меня подкосились ноги. – Его вещи здесь, – достал из-за пазухи футболку Лёни и швырнул мне её в лицо.

Опешила от резкости, не забыв при этом подумать, что запах нового одеколона, исходящего от одежды придурка, мне нравится гораздо больше.

Стянула с головы преграду и уставилась на мужчину звереющим взглядом.

– Кто вы и что вам нужно? – прорычала я, испуская волны неприязни.

– Не дерзи мне, девочка, – предупредил наглец, спокойно расхаживая по коридору. – Мне плевать, что он оставил на ночь свою потаскушку, вышвырну тебя из своей квартиры в чём мать родила.

Ещё один хозяин, что ли?! Какая-то проклятая квартира.

Устало вздохнула и повторила когда-то уже сказанные слова:

– Хозяйка квартиры Астахова Любовь Валерьевна.

Я же видела документы.

– Где он? – проигнорировал меня мужчина.

– Я вам уже сказала, что не знаю того, кого вы ищете. Пожалуйста, уходите. Мне не нужны проблемы, я просто студентка и сняла эту квартиру временно…

– Сняла? – округлил он глаза и вдруг громко расхохотался. – Сукин сын ещё и деньги с сосок своих берёт?

С трудом смогла справиться с желанием размахнуться и врезать негодяю по надменной роже.

Какой ужас! Кто этот человек и почему он оскорбляет меня?

Почему ВСЕ считают должным меня оскорбить?

– Уходите, – процедила я сквозь зубы.

К горлу подступил предательский ком, и я была уже на грани, чтобы расплакаться.

Карие глаза недоброжелательно сузились, и мне показалось это знакомым.

Астахов так же делает, когда меня видит…

– Запомни раз и навсегда, – сделал ко мне шаг и, наклонившись так, чтобы я смогла расслышать его жуткий шёпот, цинично произнёс.