Одна в толпе

Ну точно она!

Каким-то внутренним чувством понимаю, что гномиха и есть та дрянь, что разлучает меня с другом. Инстинктивно появляется желание посмотреть этой гадине в глаза. В висках пульсирует непонятное ощущение причастности этого человека к событиям в моей жизни.

Не обращая внимания на студенческую суету, сверлю девку ненавидящим взглядом и порываюсь сказать ей пару ласковых в отместку за друга, но он сам пресекает эту возможность:

– Хватит пялиться туда! Это уже в прошлом…

– Не кисни, Ромыч, а то я тоже сейчас всплакну! – воскликнул громко Женька и в шутку положил голову ему на плечо.

С трудом оторвав взгляд от девчачьей спины, воззрился на этих двоих.

Женька, конечно, ведёт себя как полудурок, но тоже переживает отъезд товарища, хоть и тщательно скрывает все свои эмоции за идиотскими шутками.

– Ладно, ребят, мне уже пора ехать, – глубоко вздохнув, Ромка по обыкновению притянул голову Женьки к себе и потрепал по волосам. – Я заскочил проведать и заодно попрощаться.

Раздались печальные вздохи, и вся наша компания настроилась на одну волну.

– Да ладно, Лёнь, мы ещё сто раз увидимся! – наконец обратился он ко мне.

Боюсь даже представить, что у меня с лицом. Нахлынувшие чувства скопились тяжёлыми морщинами на лбу и пролегли оплывшими мешками под глазами. Плечи придавил груз беспомощности.

Ромка всегда был рядом. Всегда.

И сейчас он уедет, оставив после себя только воспоминания.

– Есть шанс, что ты передумаешь? – в последний раз захотел попытать удачу.

– Прости, Астахов. Здесь я непреклонен, – в его глазах сверкнула твёрдость, и в следующий момент я оказался зажат в крепких братских объятиях.

Стиснув челюсть, чтобы не наговорить ему в напутствие гадостей, решил напоследок хоть проучить засранца, молча передавив ему рёбра.

Издав глухой звук, парень шутливо впечатал кулак мне в спину и на всякий случай отстранился.

– Лучший из лучших! – усмехнулся он, вспомнив фразу, которую использовал с самого детства, чтобы мотивировать мои успехи в спорте, а затем и в остальных аспектах жизни.

– Не пропадай! – прохрипел на одном дыхании и, пожав на прощание Ромкину руку, проводил его напряжённым взглядом.

– Один я у тебя остался… – наигранно всхлипнул Женька, закидывая мне руку на плечо. – Теперь-то ты меня сильнее будешь любить?

– Мечтай, Горский! – расплылся я в улыбке.