Феникс. Книга 2

Свернув с центральной улицы, которая опоясывает гильдию магов, я прошел квартал, а затем еще раз повернул направо. Этот переулок также шел по окружности, но дома здесь были попроще и принадлежали частным лицам. В основном в них проживали вольные волшебники Заара; их коллеги из гильдии проживали либо на ее территории, либо на центральной улице – казенное жилье.

Здесь было меньше флагов и гильдейской символики, зато больше зеленых насаждений, магазинов и ресторанчиков. Земля в центре Заара дорогая, и состоятельные горожане предпочитали строить такие же узкие дома в два, а иногда и в три этажа, как и в мастеровых кварталах.

Я без лишних раздумий направился к нужному дому с вывеской над дверью в виде хрустального шара, магического посоха и надписью внизу: «Весул Мыслитель. Магические товары и алхимические зелья». Звонко брякнул колокольчик, оповещая хозяина о прибытии гостя.

Первый этаж представлял собой длинный узкий зал с ширмой у дальней стены, за которой находилась лестница в жилые помещения. Стены были задрапированы темно-синими портьерами с затейливыми узорами, напоминающими магические символы. Из мебели в комнате было только большое кресло, круглый стол и три табурета из лакированного дерева.

– Пусть будет добрым твой день… – расслабленно поприветствовал хозяин, не покидая уютного кресла, затем, рассмотрев меня чуть внимательней, поставил на стол чашку с дымящимся напитком и добавил: – Коллега.

Мужчина, похоже, был тем самым Весулом Мыслителем и выглядел как чародей с картинки. Рост и комплекцию тела из-за пышной мантии определить было трудновато, но в остальном он полностью соответствовал неписаным стандартам этой профессии. Умный, оценивающий взгляд, ухоженная черная борода и аккуратно уложенные волосы. Пожалуй, не будь я знаком с мэтром Вереско, принял бы его за мудрого мага – образ подобран почти идеально.

Весул назвал меня коллегой, что было недалеко от истины, но я все же чуть пониже его в местной табели о рангах, всего лишь бронзовый амулет, а он – вольный маг. Тем не менее такой подход характеризовал его скорее положительно, чем отрицательно.

– И твой, почтенный Весул Мыслитель. Зови меня Герехом.