Хроники миров. Изгнанники

– Да?

– Да, иначе как бы змея выползла? Поэтому и пришлось установить наблюдение за объектом. И, как оказалось, не зря… – человек в плаще замолк и насторожился, впервые за время разговора отвернувшись от умершего:

– Чувствую кратковременные всплески чужеродной энергии, и совсем недалеко отсюда: в соседнем городе. Точнее не определяется. Нужно туда наведаться. Возможно, наш давний «друг»-астран вернулся. Мы ж не знаем, чего он хотел и куда скрылся.

– Такое возможно? Никогда подобных всплесков не наблюдала.

Как-то необычно.

– Как видишь, возможно. Но определить кто это сложно: энергия слаба и вспыхивает только иногда. Я тоже с таким еще не сталкивался за весь опыт свой работы.

Человек отошел от трупа.

– Пошли отсюда – пять минут до взрыва, нет смысла тут стоять.

Девушка кивнула. Ее и так полупрозрачный облик стал растворяться в воздухе. А фигура человека в плаще в буквальном смысле размылась в полумраке, пока не исчезла полностью. Секция лаборатории окончательно опустела.

Глава 1. Ракель

«Ну вот, опять ничего интересного», – то ли уныло, то ли раздраженно думала Ракель, сидя на диване и переключая каналы телевизора. Конечно, они все работали, но на данный момент ничто не заинтересовывало десятилетнюю Ракель. Показывали одни лишь фильмы, а то и вовсе рекламу.

Этот день в жизни Ракель мало чем отличался от большинства остальных: вся последовательность ее действий неизменно повторялась уже в который раз – встать, отдохнуть, сходить в школу, вернуться домой, отдохнуть, заснуть.

Эта общая цепочка событий, подобно скелету, не менялась день ото дня – лишь некоторые детали иногда выделялись тем, что происходили неожиданно. Хотя Ракель давно привыкла к этому, и подобный образ жизни ей иногда казался скучноватым.

Почти полдень 30 октября 2431 года. Ракель думала о том, что скоро начнутся летние каникулы – с декабря по февраль – и она покинет 4 класс, окончив первую ступень основного образования, перейдя на вторую.

К слову сказать, это были последние столь длительные каникулы, ведь девочка краем уха слышала, что в следующих классах они длятся только два месяца.

Впрочем, ей было все равно: в отличие от большинства одноклассников, школа для нее была хоть каким-то развлечением. Но именно такое отношение к школе, как к развлечению, возникло отнюдь не из-за плохой учебы, как можно было бы подумать сначала, а, наоборот – из-за слишком хорошей.